– Большое спасибо. – Калугина записывала каждое слово секретарши.
Калугина сидела в первом ряду, а Верочка расхаживала перед ней.
– Парики теперь не носят!.. – информировала Верочка.
– И слава богу, – облегченно вздохнула Калугина.
– Очень важна сейчас линия бровей. К примеру, ваши брови, Людмила Прокофьевна, не современны. Сейчас требуются выщипанные брови, тонкие, как ниточка. Помада должна быть яркой, а лак для ногтей – сочного вишневого цвета.
…Около бронзового коня события тоже не дремали.
– Надо спрятать лошадь! – заявила Шура Новосельцеву.
– Зачем? Кому она сдалась? – изумился Новосельцев.
– Как вы не понимаете, Новосельцев! Важно, чтобы юбиляр не увидел лошадь и не обрадовался раньше времени!
– Шура права, – иронически поддержала Ольга Петровна.
– Новосельцев, пошли! – приказала профсоюзная активистка.
– По коням! – скомандовал измученным голосом Анатолий Ефремович, с трудом поднял статую и поплелся за Шурой.
…А в зале заседаний Верочка учила Калугину уму-разуму.
– Но главное на сегодня – это походка! Старшее поколение, Людмила Прокофьевна, не умеет элегантно ходить. И этим оно принципиально отличается от нашего. Извините, но вы все ходите, – Верочка взбежала на сцену и показала, – вот вы как ходите… будто сваи вбиваете…
– Да, некрасиво… – сокрушенно согласилась Людмила Прокофьевна.
– А мы ходим как богини!.. – И Верочка показала, как ходят современные богини.
– А трудно так научиться ходить? – робко осведомилась Калугина.
– Для человека нет ничего невозможного. Если вас не затруднит, вы, пожалуйста, поднимитесь ко мне!
Калугина тоже поднялась на сцену, подошла к Верочке и стала рядом.
– Пожалуйста, следите за мной, Людмила Прокофьевна. Только шаг начинайте не с пятки, а с носка. И… р-раз…
Верочка и Калугина заходили по сцене.
Отворилась дверь, в зал ввалилась Шура, за ней Новосельцев втащил бронзового коня.
Калугина остановилась, застигнутая на месте преступления.
Новосельцев смотрел на нее широко раскрытыми глазами. Только Шура ничего не заметила.
– Людмила Прокофьевна, нам надо спрятать лошадь, – сказала она. – Там в шкафу за сценой.
Калугина старалась не смотреть на Новосельцева.
– Да-да… конечно… в шкафу! А зачем?
– От юбиляра! – разъяснила Шура.
– Да, правильно, от юбиляра надо спрятать. А она поместится в шкафу? Ладно, как-нибудь впихнем!
Отворилась дверь в зал заседаний.
– Шура здесь? – прокричала одна из сотрудниц. – Шура, вас срочно вызывают в местком!
Шура быстро покинула зал заседаний.
– Я вам больше не нужна? – спросила Верочка у Калугиной.
– Да-да. Спасибо вам большое.
Верочка вышла из зала в приемную. В пустом зале Новосельцев и Калугина остались одни.
– А что вы тут такое делали, Людмила Прокофьевна? – подозрительно спросил Новосельцев.
– Вы положите лошадь, вам же тяжело! – уклонилась от ответа Калугина.
– Мне не тяжело, я сильный! – с вызовом сказал Анатолий Ефремович и вежливо добавил: – Как вы провели вчерашний вечер?
– Очень хорошо, благодарю вас, – вежливо, в тон, ответила Калугина. – Мне позвонил приятель и заехал за мной на собственной машине.
– Какая у него машина? – саркастически полюбопытствовал «всадник наоборот».
– Новая «Волга». – Калугина продолжала оставаться на сцене.
– Где он достал такую уйму денег?
– Он крупный авиаконструктор. Он повез меня в ресторан.
– В какой ресторан?
Калугина попыталась вспомнить название ресторана.
– Вы… поставьте лошадь!
– Она легкая! – Упрямый Новосельцев не поддавался.
Калугина подобрала подходящее название:
– В ресторан «Арагви». Мы ели сациви, шашлык, цыплят табака, купаты и чебуреки.
– Ваш конструктор – обжора! А что вы пили?
– Хванчкару и боржом, – без запинки ответила Калугина.
– Вы же непьющая! – ехидно напомнил Новосельцев.
– От хорошего вина не откажусь!
– А что было после ресторана?
– Вы забываетесь, товарищ Новосельцев! – одернула подчиненного Калугина. – Положите лошадь, надорветесь!
– Это вас не касается!
– А как вы провели вчерашний вечер, Анатолий Ефремович? – спросила Калугина и спустилась со сцены в партер.
– Очень скромно. Домой ехал автобусом. Пришел, проверил уроки у старшего, он у меня во втором классе. Потом поиграл с обоими. Потом жена позвала нас всех ужинать!
– Вашу жену зовут Лиза? – язвительно спросила Калугина. – Она такая светленькая, с косой. Или у вас уже другая жена?
– Нет, та же!
– Я ее помню. Она у нас теперь не работает.
– Ушла в министерство, – подтвердил Новосельцев.
– Чем же она вас кормила? – поинтересовалась Калугина.
– Она у меня мастерица готовить. Был пирог с капустой, потом вареники с вишнями, а потом оладьи и компот, – вдохновенно сочинял Анатолий Ефремович.
– Это все на ужин? Вы тоже обжора!
– Да, я люблю домашнюю еду. Покупного и ресторанного я не ем!
– Бросьте лошадь, а то вы ее уроните.
– Она бронзовая, не разобьется! – Поднявшись на сцену, Новосельцев продолжал рассказ: – Потом мы уложили детей и пошли погулять. Лиза каждый вечер выводит меня гулять – это полезно для здоровья!
– А что было после прогулки?
– Вы забываетесь, товарищ Калугина! – Анатолий Ефремович поставил начальницу на место.
Калугина сдалась первой:
