Платон поклонился, здороваясь. Вера кивнула в ответ. К Платону подошла одна из официанток:
— Платон Сергеевич, ваш завтрак — там. Садитесь.
— Спасибо, — сказал Платон и посмотрел на Веру.
— Приятного аппетита, — нейтрально сказала Вера.
— Спасибо. — Платон не сводил с Веры глаз.
Вера мурлыкала песенку, как бы про себя:
По радио объявили: «Скорый поезд Москва — Ташкент прибывает на первый путь».
Платон поглядел на круглые вокзальные часы. Они показывали двенадцать десять. Вера, стоявшая с подносом у раздачи, вся напряглась в ожидании прихода Андрея.
В толпе оголодавших транзитников, штурмом бравших ресторан, Платон разглядел Андрея. Впрочем, разглядеть его было несложно. Могучий Андрей возвышался над всеми. Как и позавчера, он нес два чемодана — других, разумеется. Андрей подошел к Вере.
— Здравствуй, Веруня! — Проводник сиял сердечной улыбкой. — Ты что? Прическу, что ли, сменила?
— Сменила, — напряженно сказала Вера, но Андрей этого не почувствовал.
— Тебе идет. Верочка, товар обалденный. Два чемодана. Сапоги австрийские, легкие. По двести рублей пара. Верочка! Всего двадцать минут стоим.
Вера собрала всю решимость и произнесла:
— Я больше не буду бегать к тебе в купе. Вот так.
— Верунь, нам же деваться некуда. Я же не могу от вагона отойти…
— Ой, Андрюша! Ты меня неправильно понял.
— Чего ты?
— Случилось несчастье.
— Я так и думал! — перепугался Андрей. — Мои дыни сперли?!
— Если бы дыни…
— А там ничего другого не было.
— Я подобрала тебе замену.
— Я чего-то не понимаю, Верунь. Пойдем…
— Я тебе изменила, Андрюша.
Андрей засмеялся и присвистнул:
— Ты мужика, что ль, нашла?
Вера кивнула.
— Ну и кто этот тип?
Этот тип подошел к Андрею и потребовал:
— Отдай паспорт!
— Извини, мужик, — повинился Андрей, протягивая паспорт хозяину. — Промашка вышла… Держи твой паспорт… С меня причитается… дойди закажи что-нибудь, я приду оплачу…
— Возьми деньги за дыни! — Вера протянула пачку ассигнаций, которая была спрятана в кармашке передника. Андрей взял деньги и небрежно засунул в карман.
— Мы с тобой в расчете! — Вера вложила в эту фразу и второй смысл.
— Да, и теперь вот еще что… — встрял Платон.
— Ты отойди, — обратился Андрей к Платону, — нам с Верой поговорить надо…
— Послушай! Уходи отсюда! — угрожающе произнес Платон. — Чтоб я тебя больше на этом вокзале не видел, ясно?
Андрей захохотал:
— Так вот кто тут пристроился! Я тебе чего велел? Козел! Я тебе целел дыни стеречь, а ты чего натворил, а?
— Спекулянт! Мерзавец! — повысил голос Платон. — Пошел вон отсюда!
— Ой, как я перепугался! — скорчил мину Андрей и легко, тыльной стороной ладони, ударил Платона в лицо.
Тот не устоял — рухнул на пол.
— Значит, я тебя понимаю так, Вера Николаевна: любовь окончилась, — обратился Андрей к Вере, — остались только лишь деловые контакты.
— Мне этим тоже противно заниматься, — сказала Вера.
Тем временем Платон поднялся с пола и изо всех сил ударил Андрея.
— Ты не ушибся? — спросил Андрей и, не оборачиваясь, так врезал Платону, что пианист отлетел в сторону и свалился на пол, со звоном увлекая за собой стол с посудой.
Вера съежилась, но вела себя так, будто на ее глазах не происходило никакой драки.
— На что ты жить-то будешь, Вера Николаевна?
— Как-нибудь проживу! Жила ж до тебя — и сейчас проживу.
— На заработную плату! — заржал Андрей.
— Ага! — кивнула Вера.
— Ты знаешь, как это называется? Сколько я на тебя денег потратил, сколько времени…
— Ругай меня, Андрюша, ругай, — соглашалась Вера.
— Ты думаешь, от тебя радость какая? — Тут Андрей заметил Платона, который мутными глазами пытался найти обидчика. — Эй, товарищ! Вы не меня случайно ищете?
Платон рассвирепел. Он пошел на проводника, как танк. Но ударить не успел. Андрей мягко отпихнул противника. Незадачливый драчун опять упал.
— Ты подолом своим будешь весь перрон мыть…
— Не буду, ой, не буду…
— А я к тебе не вернусь! — Андрей не мог простить Вере, что она дала ему отставку. — На что я только польстился?.. — Андрей остановил очередную агрессивную атаку Платона и держал его на вытянутой руке. — Ну-ка, голубок. Спокойно. Вот этот тебе нравится?
— Очень нравится, Андрюша.
— Понятно. Ты хоть кем работаешь, голубок? — спросил Андрей у избитого Платона.
— Пианистом, — прохрипел тот.
Андрей отпустил его, и Платон опять рухнул на пол.
В ресторане появился знакомый нам лейтенант, по имени Николаша, обозрел поле битвы, увидел поверженного Платона, который с трудом вставал, цепляясь за стул.
— Николаша, здорово! — Андрей дружески пожал руку милиционеру.
— Что здесь происходит? Кто это вас так разукрасил, товарищ пианист?
Платон тяжело дышал.
— Да ничего, нормалек. Все в порядке! — сказал Андрей.
— Кто его избил? — громко спросил милиционер.
