Самолеты видимо с авианосца ‘Мидуэй’ прошли над самыми мачтами, видимо усиленно фотографируя корабль, оставшийся без хода с поднятыми на реях международными сигналами – ‘не могу управляться прошу помощь’. Японский ‘Нимрод’ не стал подлетать к кораблю, а лишь сделал его круговой облет на расстоянии 50 кабельтовых, видимо усиленно фотографируя, ‘терпящий бедствие’ русский корабль.
Вид наших кораблей идущих в район, якобы на помощь своему кораблю, тоже должны сыграть на нашу версию – подумал Верстовский – Теперь все зависит от того успеют передать на лодку наши координаты и наше положение или не сочтут необходимым.
На а американским ‘Мидуэе’ командир авианосной группы адмирал Джеймс Кингстон с командиром оперативной боевой части капитаном третьего ранга Вейном Косински склонился на картой:
– Сатиулайнен и его корабли, идущие на помощь здесь, этот ‘Краста 8’, терпящий бедствие здесь, а наша ‘Джорджия’ приблизительно здесь, мы же здесь. Какая задача русских? Найти ‘Джорджию’ понятно. С кораблем на котором скорее всего пожар – летчики доложили, что дым валит из иллюминаторов и дверей, надо что-то решать. Часа три и его просто выкинет на скалы Хоккайдо. И с этим надо считаться Сатулайнену и ему сейчас не до лодки. Он явно спешит в район спасти свой корабль. Так Вейн, кто командир этой ‘Красты’?
Косински быстро защелкал пальцами по клавиатуре компьютера, который немного погудел и выдал на экране:
– Краста-8, название ‘Адмирал Щастны’, заложен 9 сентября 1984 года на верфи завода ‘Сорок одного коммунара’ в Николаеве, спущен на воду 18 июля 1985 года, вступил в состав Тихоокеанского флота 20 августа 1987 года. Командир капитан 2 ранга Верстовский Леонид Викторович, закончил Тихоокеанское военно-морское училище с отличием, по специальности ‘противолодочное оружие’ в 1975 году, служил на противолодочных кораблях Черноморского флота. Закончил офицерские классы в Ленинграде и стал сначала старшим помощником на ‘Кунда-5’ ‘Резвый’ Черноморского флота потом стал первым командиром БПК проекта ‘Краста 6’ по нашей классификации ‘Свирепый’. Проживает с женой Мариной и сыном Борисом 5 лет в поселке Тихоокеанском на улице адмирала Усатого дом 23 кв. 35, домашний телефон 2-34-23.
– Солидно – усмехнулся адмирал Кингстон – что еще говорит тебе твоя погремушка.
– Здесь есть данные на всех командиров Советского ВМФ, данные которые нам постоянно передаются по спутниковым каналам связи в систему разведывательной боевой информационной системы. Так по Верстовскому еще есть данные, что он имел нарушение дисциплины во время учебы – подрался с гражданскими и имел привод в милицию. Еще написано, что как командир он в отличии от других, имеет свое мнение, не всегда придерживается уставов, решителен, инициативен за что постоянно имеет столкновения со своим командованием. По заключению наших аналитиков командиром соединения он не станет, а его спишут или во вспомогательный флот или на берег в штаб на незначительную должность. Русские не любят самостоятельных и решительных командиров.
– Интересный человек – подумал Кингстон – у нас он безусловно стал адмиралом. Но наверно у нас тоже не любят наверху, когда кто-то проявляет излишнюю инициативу и самостоятельность. Нет, не буду докладывать об этой ‘Красте’ наверх и не буду вмешиваться в действия нашей ‘Джорджии’. А то наверху не поймут и назовут перестраховщиком. Хотя Сатулайнен может его потащить вверх. Умный все же адмирал в отличии от других.
– Сэр – почтительно доложил с блеском в глазах командир оперативной боевой части – только? что получили доклад от группы ‘Альфа три’, облетающей этот русский корабль. Из кормовой надстройки повалил густой черный дым, из ангара начинают выкачивать вертолет, видимо, чтобы не сгорел, на корме видны матросы, бегающие со шлангами и огнетушителями.
– Да, на такой волне, без хода выкатывать вертолет – это чрезвычайно опасно – сказал адмирал.
Он задумался, представляя пожар на этом русском корабле, передернул плечами и подумал, что теперь русских, если не подойдут их силы, может действительно выбросить на скалы. Надо предупредить японских союзников.
Хотя, что делает этот хитрый Сатулайнен рядом с японским островом Рисири? А что если они ищут ‘Джорджию’? Ведь именно здесь рядом находиться, нарезанный ей район боевого патрулирования. Тогда все становится понятным и даже пожар на русском корабле.
– Нет Сатулайнен, не отдам я тебе ‘Джорджию’, даже условно. Передайте командиру ‘Джорджии’ капитану 1 ранга Вэнсу уходить в пролив Лаперуза, а командиру ‘Олимпии’ поводить русских за нос. Пусть поиграются, если так хочется.
– Сэр, если ветер не утихнет и не изменит направление, то русский корабль скорее выбросит на отмель японского острова Рисири. Это здорово, значит корабль не разобьет и можно будет его и его вооружение изучать, пока пойдут дипломатические переписки. Это здорово, получить для изучения новый корабль.
