И потому не сообщил остальным капитанам о будущей встрече. Кайто не был азартен, но он бы поставил много денег, что Эмис тоже недооценивал Хотэя, который был слаб, хотя и окружал себя сильными наемниками. За деньги мужество не купить.
— Возможно, Эмис хотел послушать предложение — оно наверняка подразумевалось, — сказал Кайто. — Те, чья преданность изменяется деньгами, ненадежны. И империя знает, с какого бока проще расковырять наш союз.
— Нужно предупредить остальных о Хотэе! — воскликнула Акира. — Вдруг он и им напишет, а они по старой дружбе попадутся!
— Мы… мы все еще можем связаться по этому каналу? — спросил Блеск. Он все рассматривал экран, будто завороженный сиянием. Кайто уж подумал, что фэйт немного поплыл от выпитого — очевидно, с алкоголем он был знаком очень мало, — но рассуждал Блеск на редкость трезво: — Если привлечем внимание капитана Хотэя, можно попытаться его схватить. Он должен больше знать о Видящих, если постоянно с ними сотрудничает.
— Эльфеныш дело говорит! — вскинулась Арчи. — Давайте! Попросим Криврина прислать боевой фрегат…
— Боевой фрегат в чужой системе привлечет ненужное внимание, — остановил ее Кайто. — У маре слабый флот, но они все равно попытаются узнать, что там происходит. Внимание их правительства нам ни к чему.
Маре, слышал Кайто, никогда не воевали и в военные союзы не вступали. Когда-то давно, еще до выхода в космос, они колонизировали все ближайшие планеты, зачистив на них всех, кто мог воспротивиться, и с тех пор вели мирный образ жизни. Им всего было в достатке, ну, а особо предприимчивые не упускали возможностей еще обогатиться на людях, которые подсели на водоросли.
— Значит, так, слушайте меня, — сказала Арчи, качнув бокалом, когда Акира села за компьютер, приготовившись что-то записывать, как прилежная ученица. — Пиши, мол, мы все о тебе, сукин сын, знаем и требуем кучу бабла за молчание, чтобы по галактике не разлетелись новости о том, что ты снюхался с имперскими богачами и продался им, что еще хуже, и теперь ты нам будешь башлять десять… нет, двадцать процентов с выручки, иначе мы… не знаю, сольем твои координаты всем пиратам в радиусе десятка секторов! А там точно найдется кто-то, кому ты должен или кого обидел! Уж очередь желающих отпилить твою предательскую башку соберется! И напиши что-нибудь насчет его матери… не очень приличное.
— Ты хочешь, чтобы он решил, будто ему угрожают младшеклассники? — тяжело вздохнул Кайто, бережно положив руку на ее плечо, чтобы Арчи от переизбытка эмоций не залезла в экран. — Да ему точно такие угрозы каждый день приходят, почему он должен вообще открыть это письмо?
— Думаешь, про мать лишнее?
— Все лишнее!
— План в том, чтобы его выбесить и чтобы он забыл об осторожности! Испугался и разозлился сразу! Укажем несколько фактов, которые покажут, что мы в курсе всех их дел с Эмисом… В переписке точно что-то есть!
— Мы не можем быть уверены, что он — да, испугавшись и разозлившись, как ты говоришь! — просто не испепелит поверхность этой планеты с орбиты, — поморщился Кайто. — Особенно если на его стороне имперцы — вы же видели, на что они способны! Вдарят ядеркой, да и все тут! А свалят все на Хотэя, мол, преступные разборки. Очень удобно! Нам стоит действовать как-то тоньше…
Акира с сожалением посмотрела на напечатанный по словам Арчи текст. Ей явно было жаль стирать эти вопли.
— Я вот что думаю. Можем обратиться к нему от имени Алара Алиаве, повторить все нужные шифровки, будто бы Эмис оставил его преемником, — предложил Блеск, который следил за их возней. — Скажем, будто мы ищем нового капитана Небесной Колесницы, что поможет продавать те снадобья, что здесь производят. Сдается мне, от заработка этот Хотэй не стал бы отказываться… А тут добыча сама идет ему в руки.
— Надо чаще его поить, — заключила Арчи, — отличная идея!
Блеск с некоторым трудом сфокусировал взгляд на ней. Вероятно, мешало ему то, что у него было целых четыре глаза.
— Я не пьян, не надо, — пожаловался Блеск. Возможно, он даже не врал, потому что продолжил тем же ровным, уверенным голосом: — Он прибудет через три системных часа после отправки письма, со стороны, где восходит солнце, на небольшой Колеснице, которые в Коалиции называют бригами, вода будет окрашена в желтый, песок — в золотой, а человек, первый ступивший на землю этой планеты, споткнется, у тебя дернется рука, — он кивнул на Арчи, — и ты едва его не пристрелишь, а потом…
Он моргнул. Кайто издал какой-то неразборчивый звук, а Акира замерла над клавиатурой. Она записывала за Блеском, и теперь несколько строк сплошного текста без запятых светились на странице, как свидетельство, что Кайто не почудилось. Что это не было пьяным бредом. Нет, они определенно выпили слишком мало.
Блеск не помнил, чтобы такое говорил.
Но спустя три системных часа они убедились, что фэйт был прав.