— Меньше всего мы гнались за сенсацией. Ведомство, в котором я работаю, неоднократно получало информацию о том, что Центральное разведывательное управление США занимается вербовкой афганцев, приезжающих в США, и затем использует некоторых из них в подрывной деятельности против нашего народа и Родины. Иногда этих лиц привлекают для получения интервью с тем, чтобы довести до мировой общественности надуманные измышления ЦРУ о нашей революции. Кое-кого из завербованных ЦРУ вооружает и засылает в нашу страну с заданием проводить диверсии, террор, собирать заведомо ложные сведения во враждебных целях. После спецобучения в США или Пакистане их отправляют в нашу страну и некоторые другие государства, находящиеся в зависимости от США, со шпионскими заданиями. Несмотря на то что ранее уже публиковались неопровержимые материалы о вмешательстве американского империализма во внутренние дела Афганистана, было необходимо еще раз показать эти преступления США и разоблачить перед нашими соотечественниками и международной общественностью методы их работы. Поэтому я получил специальное задание: воспользовавшись удобными обстоятельствами, болезнью и необходимостью лечения, выехать в США. Американцам я должен был представляться как ответственный сотрудник МВД, чтобы заинтересовать их местом своей работы. Главная задача состояла в том, чтобы они включили меня в шпионскую сеть ЦРУ, действующую в ДР А.
— Какое у вас было заболевание?
— Болезнь сердца.
— С чего вы начали?
— Я получил свидетельство о болезни и после того обратился в американское посольство в Кабуле за визой. Охранники посольства в течение трех дней не разрешали мне войти в посольство. Их решительные действия меня устраивали, так как они позволяли рассеять сомнения американцев. Наконец, на четвертый день сотрудники, несущие охрану посольства, разрешили мне войти в него. Консул посольства встретил меня и провел в свой кабинет. Там он стал знакомиться со мной: расспрашивал о моей семье, должности, характере работы, знакомствах, связях, членстве в партии. Я рассказал свою биографию-легенду и объяснил, что служу в МВД. Как мне было рекомендовано, свое членство в партии я отрицал. Консул говорил на языке дари. На его вопрос о том, почему я хочу поехать на лечение в США, я ответил, что, как мне известно, в США лечат лучше, чем в какой-либо другой стране. Задав еще несколько вопросов, консул сказал, что даст мне письмо, которое я должен буду вручить в посольстве США в Дели, после чего мне оформят визу. Американцы подготовили письмо и вручили его мне перед отъездом. Консул сказал, что дополнительно направит телеграмму в посольство США в Дели с просьбой выдать мне визу. Я понял, что привлек их внимание.
Получив необходимые рекомендации от своего руководства, я выехал в Дели. По прибытии в Индию отправился в посольство США и попросил оформить мне визу. Зав. отделом виз американского посольства сообщил мне, что, так как отношения между нашими странами являются сложными, он успеха не обещает, но подумает. Мне велено было заглянуть через несколько дней. Через пять дней я пришел в посольство, где меня встретили и отвели в рабочий кабинет. Там мне сказали, что из Кабула пришла «касающаяся меня» телеграмма. Двое сотрудников посольства стали задавать мне те же вопросы, что и в Кабуле. В беседе принимал участие переводчик по имени Джон. В конце разговора мне сообщили, что правительство США дало разрешение оформить визу. Затем от меня потребовали сообщить, куда конкретно я намерен выехать, к какому доктору и в какой клинике начать лечение. Я сказал, что не могу ответить на этот вопрос, так как намерен по прибытии в США изыскать наиболее подходящие возможности, исходя из моих средств и срока пребывания в США. Через два дня мне передали письмо, адресованное японской авиакомпании, и сказали, что я должен купить именно в этой компании билет, а затем они выдадут мне визу. Я купил билет и вновь обратился в посольство. Консул посольства оформил мне визу, вручил свою визитку, сказав: «В случае каких-либо осложнений покажи эту карточку и тебе окажут необходимую помощь».
В Делийском аэропорту представитель японской авиакомпании с подозрением отнесся к моей визе, заявив, что не пропустит меня. Я показал визитку американца, и он быстро закончил регистрацию моих документов и разрешил выезд.
И вот я прибыл в аэропорт Лос-Анджелес. Не успел подойти наш багаж, как ко мне подошла служащая аэропорта и, вернув мой паспорт, который я сдал в бюро контроля, грубо заявила, что мне выдадут визу только сроком на два дня. Я показал ей визитку, она ушла, и через полчаса ко мне подошла другая женщина. Приведя меня в свой кабинет, она заявила, что оформит мне визу сроком на 6 месяцев, подчеркнув, что это является исключительным случаем. После этого я понял, что все идет так, как было запланировано руководством.
