По нашим оценкам, первые биотехнологические методы омоложения человека будут запущены в «массовое производство» в 2020-х гг., нанотехнологические способы лечения – в 2030-м г., затем, к 2045 г., станет возможным управление старением и его обращение. До тех пор, к сожалению, люди продолжат умирать. Для большинства реювенирование наступит слишком поздно. Ведь они либо уже успели состариться и умереть (в одном из множества прошедших веков или в текущем столетии), либо, скорее всего, скончаются до того, как войдут в обиход эффективные методы борьбы с возрастными изменениями. Так или иначе, большинство живущих сейчас принадлежит к эпохе ДО – до омоложения.
Тем не менее некоторые исследователи, принадлежащие к широкому сообществу реювенаторов, осмеливаются надеяться на оживление людей эпохи ДО. Идеи этих ученых представляют собой ряд радикальных альтернатив и дополнений к методам основного плана.
Как мы отмечали, до бесконечной жизни еще несколько десятилетий. Но что делать все это время? Печальная правда заключается в том, что в ближайшие годы люди все еще будут умирать, и единственно известный нам на сегодня способ относительно качественного сохранения самих себя – криоконсервация. Пока не разработан основной план неограниченного продления срока человеческой жизни, этот – запасной.
Современная эра криоконсервации, или крионики, началась в 1962 г., когда американский физик Роберт Эттингер опубликовал книгу «Перспективы бессмертия»[303]. В ней он рассмотрел возможность замораживать (криоконсервировать) пациентов на длительное время – до того, как появятся более совершенные медицинские технологии, предназначенные для излечения современных болезней, в том числе старения[304]. Поскольку на первый взгляд сохранение в холоде кажется смертельным для человека, ученый привел аргументы, что процессы, которые сейчас считаются пагубными, в будущем получится обратить вспять. Тот же довод он применил и к самому процессу умирания – ранним стадиям клинической смерти. Объединив обе идеи, автор предположил, что криосохранение может спасти жизнь недавно умерших.
Руководствуясь данной гипотезой, в 1976 г. в Детройте вместе с четырьмя коллегами он основал Институт крионики. Первой пациенткой стала мать самого Эттингера: ее тело, криоконсервированное в 1977 г., продолжают хранить при температуре кипения жидкого азота (‒196 ℃).
Чуть раньше, в 1972 г., в Калифорнии Фред и Линда Чемберлен основали другое учреждение Фонд продления жизни «Алькор» (Alcor Life Extension Foundation)[305]. Первым пациентом в 1976 г. стал отец Фреда, который подвергся нейропрезервации – крионированию головы. В 1993 г. компания переехала в Скоттсдейл – подальше от сейсмически опасного исходного места ее расположения. Процитируем английского философа и футуролога Макса Мора, нынешнего президента организации[306]:
«С нашей точки зрения, это еще один вид неотложной помощи. ‹…› Мы принимаемся за работу, когда от пациента уже успела отказаться современная медицина. Взгляните на ситуацию вот с какой стороны: 50 лет назад, если бы на улице перед вами кто-нибудь, рухнув на землю, перестал дышать, вы осмотрели бы его, констатировали смерть и избавились от тела. Сегодня все иначе: свидетели несчастного случая применяют искусственное дыхание и прочие подобные процедуры. Люди, которых полвека назад сочли бы мертвыми, теперь не считаются таковыми. Это общеизвестный факт. Криоконсервация, по сути, представляет собой то же самое: с ее помощью мы не даем ухудшаться состоянию пациента, оставляя лечение более совершенным технологиям будущего».
