- Двигайтесь, ослы, - ворчала она на мужчин вокруг нее, когда они устало поднимались на вершину холма, скользя по гоблинской крови. - Я видела толстенных баронов, бегущих быстрее, когда за ними приходили их кредиторы, и их жен несущихся к дверям борделей! - она подняла свой клинок и как хлыстом ударила им по своему бедру, словно ускоряя себя. – Идём!
Кто-то мрачных пыхтящих рыцарей тихо и нагло выругался, а кто-то другой его поддержал. Последовал смешок и несколько жестких улыбок, а дух Алусейр внезапно приподнялся. Боги, она гордилась тем, что вела этих мужчин.
Между своих ног принцесса увидела извивающегося раненого гоблина, которые пытался ткнуть её мечом в пах, извиваясь среди мертвых собратьев. Прежде, чем она успела хотя бы отпрыгнуть в сторону, трое клинков вонзились в тело гоблина – люди Алусейр оберегали жизнь своего командира, забыв о собственной безопасности.
- Верные идиоты, - нежно обозвалась Алусейр. - Двинулись!
Они преодолели больше половины пути к вершине, карабкаясь по телам гоблинов, нагроможденных друг на друга такими кучами, что иногда, когда их касались люди Алусейр, они разваливались и катились вниз по склону, утянув вниз еще и тела пары погибших Пурпурных Драконов. Впереди, на вершине, живые гоблины не замечали движения за своей спиной, ибо были заняты энергичным спором касательно того, что лежало перед ними.
Алусейр облизнула внезапно высохшие губы и пробормотала:
- Должно быть, там и лежит мой отец.
Овдин Фоули, поднимающийся на холм справа от нее, бросил на девушку острый взгляд, а затем взглянул на темное облако, движущееся рядом с ним. Прежде чем он успел хоть что-то сказать, ветер внезапно ворвался на вершину холма, разогнав или уронив на землю всех гоблинов. Шторм, стонущий, как живой человек, резко появился прямо на вершине холма – поднимающиеся кормирцы едва чувствовали дуновение ветра на своих лицах.
Склон закончился, и отряд оказался на вершине холма. Перед ними лежал мёртвый дракон, вздымающийся подобно стене, окруженной телами гоблинов. Трупов здесь не было – лишь ошеломленные зеленокожие, закричавшие от ужаса и ярости лишь завидев людей в доспехах и с обнаженными и окровавленными клинками.
Что-то темное, мокрое и блестящее лежало перед челюстями дракона. Кровь умирающего змея вытекала из его рта, превратившись в водоём, омывающий мужчин, лежащих на земле один поверх другого. На головах обоих были короны, и оба выглядели вполне целыми. Тот, кто слабо двигал рукой, был королём Азуном, а второй, лежащий неподвижно…Вангердагаст?
Тайный король Кормира? Или он короновал себя королем какого-то нового царства? Алусейр могла лишь догадываться. Неужели он все-таки обманул всех и командовал врагами Кормира? Или обруч был каким-то древним украшением Бакабра Эфара, которое можно было использовать лишь тогда, когда королевство было на грани гибели.
Не важно. Или, скорее, не важно теперь.
Алусейр с трудом повернула голову. Там, где она стояла, проходил край бушующего шторма, дувшего против движения принцессы, напоминая ей прочную дверь, которая давным-давно ударила её по щеке.
- Роуэн! - позвала она, зная, что заглушит её прежде, чем кто-либо с подветренной стороны услышит слова девушки.
Она не видела хазнеф, окутанного грозовым облаком, но он, должно быть, наблюдал за ней. Шторм затих в одно мгновение, и Алусейр ринулась вперед, к королю, не глядя наступая на стонущих гоблинов. Гром сапог и смешанные проклятия людей и гоблинов говорили о том, что ее люди отправились вслед за ней.
Гоблин подскочил к девушке и махнул в её сторону кривым палашом. Алусейр заблокировала его удар своим лезвием, выбив оружие из рук гоблиноида и отправив клинок скользить по земле. Гоблин взвизгнул и унёсся прочь. Стальная Принцесса обнаружила, что стоит на краю лужи крови дракона. Внезапно, шарики пламени выкатились из пасти рептилии, соединяясь друг с другом небольшими разрядами сине-зелёных молний.
- Дикая магия! – ахнул один из священников. - Спасибо, Чонтия!
- Чонтия? - растерянно огрызнулась Алусейр, попутно оборачиваясь, как и весь её отряд, чтобы обороняться против группы агрессивных гоблинов, несущихся к ним.
- Он должен кого-то поблагодарить, - ответил рыцарь, - а священники за все и всегда благодарят своего Бога.
- Спасибо, человек-разум, - саркастично ответила Алусейр в промежутке между стычками, когда убила гоблина, пытавшегося проткнуть лодыжку стоявшего рядом рыцаря. – Ещё один на моём счету. Что я хочу знать, так это… - запнулась она, когда ее лезвие пробилось сквозь щель в ржавых пластичных доспехах, надетых на самого высокого гоблина, которого она когда-либо видела, и глубоко вошло в его тело, – … так это почему за дикую магию кого-то благодарят?
Девушки приходилось вкладывать в удары всю силу, чтобы клинок выходил из дел, которые перед этим протыкал, но, по привычке, она начала бить врагов плоской стороной меча. Тем временем, рычащие зеленокожие карлики окружили её со всех сторон.
