- Хорошо, - ответила женщина. – Потому что меня злит то, что я должна думать о подобных сценариях в то время, когда Кормир терзают бедствия. Можете идти.
Хованай поклонился ниже, чем прежде, а затем ушёл. Принцесса смотрела на него с тяжестью на сердце, и дело было не в проблемах, которые могла доставить Сембия – что бы ни случилось, Джоги позаботится о том, чтобы сембийцы заплатили сполна.
Когда посол ушёл, Таналаста посмотрела на дворян.
- Джоги Вивенспур объявил себя верным воином короны, - сказала она. – Кто еще желает изъявить верность?
Ильдамоар Хардасл, Унтер, отец Корвара Раллихорна и еще кучка других более мелких дворян вышли вперед, чтобы изъявить готовность пожертвовать своими богатствами и жизнью ради Кормира. Но большинство дворян осталось тихо стоять на месте. Принцесса внимательно осмотрела каждого из них, задержав взгляд на каждом настолько, чтобы лорд или леди поняли недовольство наследной принцессы, а затем перевела взгляд на единственного человека, чей выбор её удивил – Белдамир Аксхад.
- Лорд Белдамир? – спросила принцесса. – Аксхады не готовы защищать Кормир?
Лицо лорда покраснело, но он не отвёл взгляд.
- Мы готовы, - ответил он, - когда позовёт король.
Хотя отказ ударил Таналасту похлеще кулака, она старалась не показывать, насколько он задел её. Даже если бы она и могла обмануть себя, а она не могла, отказ Белдамира нельзя было приписать трусости. Его семья до конца была верну королю полтора года назад, когда Азун был при смерти, и теперь его отказ можно было объяснить только неуверенностью лорда в принцессе.
Таналаста задержала взгляд на мужчине, а затем кивнула и сказала:
- Тогда я попытаюсь удержать королевство до его возвращения. Будьте готовы.
Женщина поднялась обратно к кафедре и начала говорить:
- У меня есть, что сказать большинству из вас. Я уважаю ваш выбор, даже если он разочаровал меня, и я готова принять любую помощь от каждого из вас в любой момент, если вы вдруг вспомните о ваших вассальных обязательствах. Именем слова наследной принцессы запрещаю использование любой магии к югу от Главного тракта. Наказание – тюремное заключение и смертная казнь, и не важно, от кого – королевского палача или хазнеф.
Раздалась волна шепота, но все либо поняли смысл эдикта, либо были достаточно мудры, дабы не перечить принцессе.
Таналаста дождалась, когда ропот стихнет, после чего махнула рукой и продолжила:
- В полдень состоится королевский совет, - сказала она. – Королевский камергер отправит письма тем, кто приглашён на него. Корвар, подготовь своих людей к отъезду.
Телохранитель поклонился и повернулся к дворянам, чтобы громко зачитать указания принцессы, а королева задала логичный вопрос:
- Отъезд? Куда мы едем?
- Не мы, мама, я, - ответила принцесса. – Я бы хотела, чтобы ты осталась тут с Алафондаром и продолжила изучать королевский архив.
Филфаэрил сжала руки на груди.
- И что ты собираешься делать? Охотиться на хазнеф?
- Кто-то должен, мама. А я знаю их лучше всех
Боги, как они могли создать такие просторы?
Азун посмотрел на огромную долину, покрытую зубчатыми каменными стенами, россыпью валунов и редкой растительностью.
Одинокий ястреб кружил высоко в бесконечном синем небе.
Король медленно повернул голову, осмотрев бесконечную серую долину Каменных Земель с одной стороны и огромные просто пахотных полей с другой. Прошло так много времени с тех пор, как он в последний раз проезжал по этим землям, абсолютно не заботясь о то, что об этом скажет отец.
Внезапная мысль осенила короля, и он посмотрел на Алусейр, свою младшую дочь, которая внимательно разглядывала лицо отца с тёплым чувством в её бурых глазах. Последние несколько лет Стальная Принцесса вела тот же образ жизни, что и некогда её отец. Ему стало интересно – сколько донесений королю о деятельности принцессы составили Боевые Маги. Много, если Азун вообще хоть что-то знал о магах.
- Боги, - тихо сказал король и наклонился к дочери, чтобы она могла слышать его голос. – Я, кажется, начинаю вспоминать, почему тебе и твоим людям так нравится проводить время здесь, разъезжая по просторам с мечами и борясь с бесконечными орками.
- Эти опасности живописнее, нежели чем те, что ожидают тебя при дворе, а? – пробормотала Алусейр. Правда, надо сказать, что люди, которые меня окружают, относятся ко мне как к маленькой девочкой, что является придатком к их собственному двору.
- Полагаю, так и есть, - ответил король, глядя на красивую часть своего королевства. – И почему все те, кто путешествуют с тобой, всегда пытаются попасть в Сюзейл с его интригами и обманом?
- И правда, почему? – Ответила Алусейр и разделила улыбку с отцом.
Король покачал головой. Сейчас Алусейр сильно напоминала его в молодости, когда Азун, захваченный своим мятежным “я” раздражался от формальностей и церемоний, предпочитая интрижки и флирт. Почему вообще…
- Мой король! – Позвал его незнакомый офицер. – К нам прибыл странник, и он требует аудиенции с вами. Его зовут Раендарон Фарлоккир, и он говорит, что у него срочное донесение для вас.
