Пещера оставалась зловеще тихой, на последнем повороте за спиной мага разводы грязи будто бы приподнимались и падали обратно на воду. Вангердагаст посмотрел на крошечную воронью лапку, вращающуюся над его ладонью, которую он держал над водой на уровне глаз, и она все еще указывала вперед, а значит и хазнеф был там. Но что было сзади?
В сознание мага пробились образы акул-альбиносов и пещерных анаконд, но он отбросил эти мысли, как необоснованную чепуху. У таких существ был сложный рацион, а единственные существа, населяющие эти пещеры – гоблин, появились в Гродде совсем недавно. Вероятно, это просто еще один кусок материала отвалился со стены и упал в воду. Куда более вероятно.
Вангердагаст продолжал двигаться по коридору, следуя за своим самодельным компасом вниз, по одному из трёх тоннелей на развилке. Если маг был прав, то новый хазнеф был Роуэном Кормаэрилом – молодым рейнджером, который, к сожалению, так увлёк собой принцессу Таналасту. Последний раз Вангердагаст видел Роуэна, когда он вырвался из его рук чтобы избежать телепортации в Арабель. Тогда он был вне себя от ярости, а теперь…ну, он был напуган до смерти. Если Роуэн стал хазнеф, то маг и подумать боялся, что могло случиться с самой Таналастой.
Уровень воды поднялся, и маг замедлил шаг, осторожно скользя по дну. Он держал факел высоко, но уже так долго, что его рука устала, и он подумывал наложить заклинание света на воронью лапку. Если обе руки Вангердагаста будут заняты, то он не сможет защищаться, а если сзади за ним что-то следовало, то магу, в случае нападения, все равно пришлось бы погрузиться под воду.
Но наложение заклинания лишь поспособствовало бы освобождению дракона, и магу было интересно, как близко она сейчас к свободе. Через несколько часов после того, как его чуть не схватили на деревянной башне, Вангердагаст, воспользовавшись всеобщей суматохой, пробрался на центральную площадь города. К своему ужасу он обнаружил, что она возвышалась над землей на высоту шесть фотов, а её окружала россыпь потускневших колец и палочек, а так же диадема из мистической энергии нависла над головой Налавары. Хотя один её док еще оставался под землей, она уже протянула четыре лапы, размером с деревья, одно крыло, которое могло затмить весь королевский дворец в Сюзейле и хвост, который был вдвое меньше красной дорожке в королевском зале приёмов. Зрелище настолько напугало и дезориентировало мага, что он чуть на наложил на себя заклинание, когда очередной гоблинский патруль нашёл его. Лишь его горячее желание выследить хазнеф и выяснить у него судьбу Таналасты заставило его бежать.
За спиной мага раздался ещё один всплеск, на этот раз более громкий и уверенный, после чего послышалось шипение. А маг никак не мог понять, что же он слышит. Это не могли быть гоблины – вода была так высоко, что борода мага полностью погрузилась в неё. Он прислушался и услышал ритмичное мягкое журчание, и его неверие сменилось ужасом. Они следовали за ним, и нос мага дал ответ на вопрос “как”. Хотя он и привык к едкому дыму, который испускал его факел, этот аромат, должно быть, был отчётливым маяком для гоблинов.
Вангердагаст посмотрел на воронью лапку и всунул факел в расщелину в стене. Пламя тут же начало лизать чёрную мазь и та, обгорев, превратилась в чёрный дурно-пахнущий дым, устремившийся к потолку. Тихо посмеявшись над тем, что вонь сделает с чувствительным обонянием гоблинов, маг пошёл дальше. Спустя пять минут, когда гоблины поняли, что произошло, тоннель наполнился сердитым бормотанием, а маг, хотя и знал, куда повернуть на следующей развилке, обернулся и долгое время смотрел назад, в коридор, превратившийся в мерцающее жёлтое кольцо.
Два грубых плота, с четырьмя и тремя гоблинами на борту, покачивались на воде. Гоблины болтали ногами в воде и двигали свои лодки вперед взмахами грубых весел. Когда они приблизились к факелу в стене, то начали закрывать свои лица руками, спасая чувствительные носы и глаза от вони и света.
Один плот врезался в стену и перевернулся, после чего стало очевидно, что гоблины не умеют плавать. По крайней мере, в медных доспехах. Маг еще некоторое время смотрел на второй плот, после чего повернул за угол и вскрикнул, когда увидел пару жемчужных глаз, взирающих на него с потолка.
За криком мага последовало несколько гоблинских команд, а рука, принадлежащая тому же существу, что и глаза, схватила Вангердагаста за бороду и подняла на каменный уступ прежде, чем он успел как-то отреагировать.
- Я устал от тебя, старик, - сказал тот же хриплый голос, который маг слышал раньше. Мощная рука схватила мага за запястье, а вторая забрала у него воронью лапу. – На твоём месте я бы не рассчитывал на моё милосердие.
Сердце мага упало в пятки. Было всего несколько человек, которые знали прозвище, которое дала Таналаста магу, и одним из этих людей был Роуэн Кормаэрил.
- Оставайся здесь, старый дурак. – Сказал хазнеф и сполз с уступу в воду так тихо, как сова подпрыгивает с ветки в воздух.
- Постой, Роуэн! – Выкрикнул маг и упал на свой живот, чувствуя край уступа.
