…но я немного пришел в себя, бросил удочку, ухватил леску и наконец вытащил его вручную.
— Ах да, ваша улика, — напомнила миссис Брэдли.
— Ну, — сказал Гэвин, — это пуговица с рубашки парня Биггина.
— Найденная где?
— Помните, вы рассказывали Лоре о вашей прогулке с Тидсоном, когда вы поднимались на холм Сент-Кэтрин?
— Да, помню.
— И о том, как во время прогулки с Конни вы нашли нечто похожее на логово бродяги?
— Да.
— Полиция, разумеется, со всей тщательностью прочесала окрестности и среди мусора на дне той ямы нашла эту пуговицу, которая, мы можем сказать со всей уверенностью, оторвалась от одежды Биггина, и на ней есть его отпечатки. На самом деле это брючная пуговица, и на ней хорошо определяемый отпечаток части левого большого пальца парня. Есть и другие вещи.
— Включая, разумеется, одну сандалию. И пару сильно перепачканных перчаток, — сказала миссис Брэдли.
— А другую сандалию видели в руках у Тидсона, — с упреком глядя на собеседницу, сказал Гэвин. — К сожалению, не думаю, что она до сих пор существует. Очень жаль, что вы не упомянули о ней ранее в ходе следствия.
— Я бы сбила вас со следа, — пояснила миссис Брэдли. — А наутро после смерти Бобби Грира мистер Тидсон бросил в тележку муниципального мусорщика сильно поношенную сандалию. Сомневаюсь…
— Да, хорошо, мы должны заполучить ее, — перебил Гэвин. — Ее нужно найти. Она и эта пуговица приведут Тидсона на виселицу, если сандалии совпадут, а так и будет. И потом еще перчатки…
— Перчатки — поистине мастерский ход, и подложили их очень аккуратно, — сказала миссис Брэдли. — Что касается сандалии, не знаю, что она сможет подтвердить. Мистер Тидсон вряд ли станет отрицать, что в какой-то момент она находилась в его распоряжении, поскольку несколько человек действительно видели его с ней.
— Да, это верно, — согласился Гэвин.
— Однако с этой сандалией что-то неладно, — заметила Лора. — Я не понимаю, зачем он принес ее с собой в «Домус». Разве это не странно?
— Не особенно. Подобные вещи люди проделывают бессознательно, — пояснила миссис Брэдли.
— Да уж, тайны из нее он не делал.
— Ну мы, разумеется, должны помнить, что она не была собственностью Бобби Грира, а именно смерть Бобби занимала наше внимание в то время и некоторое время после.
— Справедливо. О Биггине мы тогда не знали.
— Очень надеюсь, что вы сумеете найти вторую сандалию, если думаете, что это как-то вам поможет.
— Не сомневайтесь, мы ее найдем, если муниципальные власти делают свою работу, руководствуясь патриотизмом.
— Сбор вторсырья?
— Да. Полагаю, сандалия кожаная? Конечно, он сможет объяснить отпечатки, если оставил их, но…
— О! — встряла стоявшая рядом с ним Лора.
— Продолжай, — сказал Гэвин. — Или мне сказать за тебя? Если там нет отпечатков, вот что ему придется объяснять, так как он говорит, что нашел ее у реки! Тогда на нем не было перчаток!
— Он станет отрицать, что это та самая сандалия, — сказала Лора, — даже если мы подберем пару.
— Знаю, — помрачнел Гэвин. — Но я разорву его на части, если он не расскажет все, что знает. Я устал от старины Тидсона. Он оскверняет землю. Кстати, я подумал, что в отношении Прис-Гарварда нам лучше действовать наверняка, поэтому я предупредил руководство колледжа.
— Господи боже! И что они сказали? Они тебе поверили? Не вышвырнули тебя вон?
— Нет. Я встретился с заместителем директора. Он выслушал всю историю очень внимательно, процитировал Гилберта Честертона, напомнил мне о бунте в колледже в тысяча восемьсот восемнадцатом году и направил к заведующему пансионом, где живет Прис-Гарвард.
— Что он процитировал из Честертона?
— Из «Наполеона из Ноттинг-хилла». После моего рассказа о наяде. Он сказал: «Вчера я подумал, что прежде чем я отправлюсь радовать червей, со мной случится что-нибудь очень похожее на чудо». А потом он принялся рассказывать мне, что много лет изучал криминалистику и однажды был гостем Детективного клуба. Я сказал, что из детективов-любителей мне больше всех нравятся Роджер Шерингем и Найджел Стрейнджвэйз и что жаль, что отец Рональд Нокс написал мало детективных историй. Еще я пригласил его посетить нашу галерею преступников, когда ему случится быть в Лондоне. В любом случае они глаз не спустят с Прис-Гарварда, хотя ему ничего об этом не скажут, так что эту заботу с нас сняли.
— Ясно, но что мы будем делать с Конни? Насколько я понимаю, она — следующая проблема.
— Мы ничего не можем ей предъявить, Лора. Официально мы не знаем (и никогда не узнаем), что она прилагала все усилия, чтобы прикончить Тидсона, — ответил Гэвин. — А теперь — устроим засаду на маленького человечка.
Мистер Тидсон посмеялся истории с сандалией и сказал, что вытащил ее из воды и принес в гостиницу, чтобы подразнить жену и мисс Кармоди наядой. Держался он убедительно, скептически и уклончиво, а когда на него слишком давили, вызывающе.
