Рука Аалто безвольно повисает, лицо кривится от боли, но Рей игнорирует его и, зажмурившись, прислушивается к тому, что происходит в разуме Кайло Рена.
– Я расскажу тебе, – произносит Аалто. – Но прежде ты должна узнать кое-что. Это я позвал их сюда.
– Кого.
– Рыцарей Рен, – он улыбается одновременно так нежно и так болезненно-одержимо, что к горлу Рей подступает тошнота. – Кайло услышал первым. Но очень скоро остальные тоже будут здесь, – его голос становится мягким и благоговейным. – И я хочу, чтобы ты приняла решение.
Присутствие Кайло слабеет, туманится.
– Какое.
– Убить меня или спасти его, – Аалто наклоняется, поднимает её меч и вкладывает рукоять в ладонь Рей. Затем он отступает назад. – Я затянул его в поток. В одну только боль. Он будет чувствовать её снова, и снова, и снова, до самой своей смерти, – глаза Аалто расширяются, наполняясь чистейшим безумием. – Прямо как Люк.
Дыхание Рей на миг замирает.
– Ублюдок, – цедит она.
– У него осталось мало времени, – шепчет Аалто. – И у тебя тоже. Ударь меня, и я стану твоей жертвой. С радостью. Как я и сказал, Рей, я упаду к твоим ногам.
Девушка рывком поднимает Кайло, и Аалто расцветает в счастливой улыбке.
– Я найду тебя позже, – обещает она с ненавистью, на которую, как ей раньше казалось, она не способна. – И тогда ты упадёшь.
Тратя последние силы, Рей переворачивает Кайло так, чтобы его голова лежала у неё на коленях. Внутри всё сжимается, когда она пытается вспомнить короткие уроки и советы Аалто, касающиеся потока и исцеления разума. Её пальцы выпускают меч и ложатся на виски Кайло. Разум Рей поглощает уже знакомый ей образ:
Маленькие длинные пальцы смыкаются вокруг запястья девушки, и её глаза изумлённо распахиваются, когда с прикосновение приходит тихое ощущение связи.
– Заставь боль уйти, – просит мальчик, по-прежнему уткнувшись себе в колени. – Пожалуйста. Заставь её уйти, Рей.
Ладони становятся липкими и мокрыми, когда её настигает понимание. Присутствие Кайло быстро исчезает.
Аалто некоторое время стоит, не говоря ни слова, но тут Рей слышит, как он делает один шаг назад, затем другой.
– Знай, что я никогда не причиню тебе боли, – вновь обещает он. – Всё это было нужно для того, чтобы сделать тебя сильнее. И сделает.
– А убийство того, кто связан со мной узами, болью не считается? – шипит Рей.
Аалто качает головой.
– Поток не имеет отношения к узам. Ты способна забираться туда, где узам не достать тебя. Ты можешь дать ему умереть, и это ничего не изменит.
Рей закрывает глаза. Люк лежит лишь в нескольких футах от неё, а его убийца убегает. Кожа Кайло холодеет под её пальцами.
Не любить ничего – это роскошь.
Рей знает, каково её решение. Ей вовсе и не нужно ничего решать.
– Я ничего не забуду, – клянётся она.
– Надеюсь, что так, – отвечает Аалто. – Потому что я буду ждать тебя, Рей.
Она слышит, как его шаги удаляются, пока совсем не стихают.
Ярость и ненависть, кажется, кипят под самой кожей, но Рей отбрасывает их. Ещё будет время для горя и мести. Однако сейчас…
Она склоняет голову и погружается в поток. Рей наблюдает, как осколки жизни Кайло Рена кружат в его разуме. Боль, которую они причиняют, затягивают его в поток, отравляют его Силу и превращают в бездонную и бескрайнюю рану. Такую же, какой когда-то был и Аалто – до того, как Рей забрала воспоминания и навсегда уничтожила эту часть его существа.
Сначала Кайло Рен – мальчик, который прижимает к груди игрушечного таунтауна и смотрит, как отец улетает прочь.
Потом он взрослеет. Таунтаун отброшен прочь, а он сжимает голову руками и пытается заставить замолчать голоса, которые только требуют и отбирают.
Ужас наполняет Рей, когда она понимает, как глубоко уходят раны, оставленные Рен. Как много ей придётся забрать, чтобы исцелить его.
Он выглядит взрослее и проходит тренировку Рен. Невидимые пальцы пробираются под кожу, толкаются всё дальше и дальше, оказываясь в его груди, забивая горло и проникая в мысли…
Рей заставляет себя двигаться дальше, забирать и забирать.
Он мужчина, и рука отца касается его щеки. Пальцы уже холодные.
Он мужчина, и он смотрит, как она убегает от него, – снова, снова и снова.
Рей находит их все – каждый фрагмент, которого коснулась боль. Она слышит тихий голос в своей голове:
Слушай шёпоты, Рей. Смотри на звёзды – одну за другой, одну за другой за другой.
Она знает, что должна сделать, и понимает, каковы будут последствия. Рей старается собраться и не задумываться, сможет ли она жить с тем, что сейчас сделает.
«Рей», – раздаётся в голове приглушённый голос – слабый, как прикосновение пальцев человека, которого вот-вот поглотит пучина.
«Бен», – отвечает она, ощущая, как ком встаёт в горле.
«Не уходи», – умоляет он.
Слёзы обжигают её лицо, когда Рей даёт своё последнее обещание:
«Не уйду».
Рей утыкается лбом в его лоб, прежде чем вытянуть всю боль – и все воспоминания о ней – прочь.
========== Глава 16. Эпилог: Одиночество ==========
