У Хань был известным историком. Он написал пьесу «Разжалование Хай Жуя», идею которой ему подсказал Мао Цзэдун. Статья с критикой и У Ханя, и его пьесы была опубликована в конце 1965 г. и явилась предвестником «культурной революции». У Хань был также заместителем председателя народного правительства Пекина, члена политбюро ЦК КПК Пэн Чжэня, раскритикованного и снятого с должности в первой половине 1966 г.
Сложным и длительным был процесс реабилитации тех, кто входил в политбюро ЦК КПК. Слухи о реабилитации Тао Чжу ходили давно, с середины 1970-х гг., когда в печати промелькнуло имя его супруги. Особенно упорными эти слухи стали зимой 1977 г. В Сянгане газеты сообщали, что Тао Чжу, занимавший пост заведующего отделом пропаганды ЦК КПК с июля по сентябрь 1966 г. и являвшийся членом политбюро ЦК КПК, посмертно реабилитирован. [154] Однако только 1 декабря 1978 г. в «Жэньминь жибао» были помещены воспоминания о Тао Чжу его дочери Тао Сылян.
Тао Сылян писала, что впервые узнала о нападках на отца вечером 4 января 1967 г., когда ей довелось в Шанхае прочитать листовку, озаглавленную «Долой Тао Чжу!». В листовке приводились высказывания Цзян Цин и Чэнь Бода на массовом митинге, состоявшемся в тот день. На этом митинге говорилось, что Тао Чжу является «крупнейшим монархистом» или «крупнейшим защитником императора» в КНР. (Это означало, что в соответствии с решением «штаба» Мао Цзэдуна по руководству «культурной революцией» Тао Чжу был назван крупнейшим из руководителей партии, защищавших Лю Шаоци, которого тогда в «штабе» Мао Цзэдуна именовали «императором» или «монархом. —
Цзян Цин и Чэнь Бода призвали «массы» «вытащить» Тао Чжу. После этого Тао Чжу, который был членом постоянного комитета политбюро ЦК КПК и заместителем премьера Государственного совета КНР, был устранен с политической сцены без рассмотрения вопроса на каком-либо заседании партийных органов. В этой связи Тао Сылян задавала вопрос: «Как такое могло случиться?» (Вопрос этот был, конечно, риторическим. Всем в КПК и в КНР было очевидно, что таким образом выполнялось единоличное решение Мао Цзэдуна. Чэнь Бода, как руководитель Группы по делам культурной революции при ЦК КПК, и Цзян Цин, как заместитель руководителя этой группы, лишь реализовывали решение Мао Цзэдуна. —
Тао Сылян писала, что знакомые информировали ее о том, что причиной репрессий был отказ ее отца выполнить требование Цзян Цин взять на себя инициативу при выступлении против Дэн Сяопина на заседании в ЦК КПК; Тао Чжу пытался также защищать некоторых людей и вступил из-за этого в конфликт с Цзян Цин и Чэнь Бода.
В августе 1967 г. Тао Сылян смогла навестить отца и мать, находившихся, по ее выражению, «в коридорах свастики». (Тао Сылян обыгрывала тут два обстоятельства: с одной стороны, дом, в котором содержали ее отца и мать на территории дворцового комплекса Чжуннаньхая, где жили руководители ЦК партии, имел галереи в форме свастики; с другой, она хотела таким образом подчеркнуть, что ее родители попали в руки фашистов. —
В октябре 1968 г. тюремщики известили Тао Чжу о том, что в соответствии с «духом приказа номер один» его высылают в Хэфэй, административный центр провинции Аньхой. Жене был предоставлен выбор: отправиться вместе с ним и отказаться от контактов с единственной дочерью либо выехать на жительство в деревню в провинцию Гуандун. Сам Тао Чжу (понимая, что дни его сочтены. —
Во время рабочего совещания ЦК КПК осенью 1978 г., велись острые споры по вопросу о пересмотре дел периода «культурной революции». В принципе к тому времени стало общепризнанным, что во время «культурной революции» было «сфабриковано много необоснованных, ошибочных дел», «большая группа кадровых работников, подвергаясь нападкам и преследованиям, не могла нормально работать». Было еще раз подчеркнуто, что после смерти Линь Бяо Мао Цзэдун «лично предложил реабилитировать Хэ Луна и других оклеветанных и затравленных товарищей». [156]
