Показателем пересмотра отношения к деятелям культуры явилось, в частности, сообщение о реабилитации известной писательницы Дин Лин, которая провела в тюрьме более пяти лет. В 1975 г. ее вместе с семьей отправили на поселение в одну из деревень провинции Шаньси. В июне 1979 г. Дин Лин и также реабилитированный поэт Ай Цин были избраны в состав всекитайского комитета НПКСК. [20]
В первом квартале 1979 г. было объявлено о завершении упорядочения в министерстве общественной безопасности КНР. Официальная печать констатировала, что «от действий Линь Бяо и «четверки» пострадало значительное число сотрудников органов общественной безопасности КНР. Внутри этих органов нашлось небольшое число людей, которые «продались» Линь Бяо и «четверке». Кроме того, часть сотрудников этих органов не только пострадала от действий антипартийных группировок, но и сами допустили ошибки, приняв участие в неправильных делах. За два с лишним года, прошедшие после устранения «четверки», был упорядочен личный состав, возвращены на работу репрессированные в прошлом сотрудники». [21]
Процесс пересмотра решений, которые принимались во время «культурной революции», происходил и в Государственном комитете по физкультуре и спорту. В феврале 1979 г. ЦК КПК принял решение «аннулировать» так называемую «директиву от 12 мая», документ, изданный ЦК КПК 12 мая 1967 г., в котором осуждались руководители Государственного комитета по физкультуре и спорту, в том числе маршал Хэ Лун, Жун Гаотан, Ли Да и другие. 12 февраля 1979 г. этот документ был официально «аннулирован». На торжественной церемонии, устроенной по этому случаю, присутствовали члены политбюро ЦК КПК Юй Цюли, Чэнь Силянь (который по распределению обязанностей отвечал за вопросы физкультуры и спорта в политбюро ЦК КПК), Ван Жэньчжун, а также реабилитированные бывшие руководители центральной руководящей спортивной организации КНР Жун Гаотан и Ли Да. [22]
Через несколько дней в сообщили о том, что органы общественной безопасности арестовали Лю Чансиня. Он стал руководить упомянутым комитетом после отстранения Хэ Луна и Жун Гаотана. Лю Чансиня обвинили в том, что он «собирал клеветнические материалы, направленные против Хэ Луна», а также в том, что он преследовал сотрудников этого комитета, в результате чего пострадали в общей сложности более 900 человек.
В частности, стало известно, что под руководством Лю Чансиня в бассейне Пекинского института физкультуры были устроены камеры пыток, через которые пропустили 314 человек; остались соответствующие документы. Среди тех, кто прошел через эти камеры пыток, были люди, известные в стране, и не только спортсмены, в том числе министр просвещения Цзян Наньсян, герой труда, депутат ВСНП, знатный ассенизатор Ши Чуаньсян. Несколько человек были замучены в этих камерах до смерти. [23]
Собственно говоря, важно отметить, что упомянутая реабилитация, по сути дела, коснулась людей из группы маршала Хэ Луна.
26 января 1979 г. было объявлено о возобновлении работы отделений Академии наук Китая, прекративших свою деятельность, как сообщалось, во время «культурной революции» из-за «саботажа» Линь Бяо и «четверки», которые репрессировали многих ученых, назвав их «реакционными буржуазными авторитетами в науке». [24]
Отметим, что в речи, посвященной решению о реабилитации отдела пропаганды ЦК КПК, Ху Лобан говорил о том, что ив 1979 г. одобрялся курс на борьбу «пролетарской» идеологии против «буржуазной», то есть потенциально, исходя из теоретических предпосылок, которыми руководствовались тогда многие руководители КПК, возможность возобновления репрессий в отношении ученых сохранялась. Это не могло не отражаться на самочувствии и настроениях ученых, интеллигенции, идеологических работников.
В то же время важно подчеркнуть, что Ху Лобан лишь формально и вынужденно упоминал о борьбе в сфере идеологии, а главное для него состояло в том, чтобы на деле вернуть доброе имя тем, кто так или иначе пострадал во время «культурной революции».
