Кастельно-де-Грезинь являлся одним из тех укрепленных селений, бастид, которые во множестве возникали на юге Франции в средние века после разгрома графа Тулузского. Построенный на вершине скалы, он, казалось, вырастал из нее, романтически вздымая над окрестными холмами свою каменную стену с сохранившимися кое-где зубцами и бойницами. Городок был совсем маленьким, обойти его вдоль крепостной стены можно было минут за пятнадцать. Летом сюда приезжало много туристов из Франции и Европы; их привозили полюбоваться знаменитым крестом, а потом кормили обедом на древней площади.
Норов и Жан-Франсуа оставили свои машины на стоянке у въезда в город, и дьякон вызвался их проводить. Они тронулись всей компанией, но идти впятером по узким улицам было невозможно, к тому же навстречу изредка попадались жители городка, приходилось останавливаться, чтобы разминуться. В результате, дьякон, Лиз и Анна двинулись впереди, а Норов и Жан-Франсуа замыкали шествие.
–В прошлом году сюда приезжала мама месье Поля,– сообщила Лиз Анне.– Очень приятная женщина. Вы знакомы с ней, мадам Анна?
–Да, мы с ней встречаемся в России.
Норов про себя отметил, что мать никогда не упоминала ему о своих встречах с Анной.
–Месье Поль на нее чем-то похож, правда?
–Мне кажется, я не столь категоричен,– подал голос сзади Норов.
–Ну что ты! – засмеялся Жан-Франсуа.– Ты – мягкий, деликатный человек.
–Тут очень живописно, вы не находите? – заметил дьякон, обращаясь к Анне.
–О, да! – согласилась она. – Такие романтические горы и эта крепость… Все как из сказки. Обстановка для меня совершенно необычна!
–В России такого нет?
–К сожалению, ничего подобного.
–Кстати, о живописи! – сказал Норов.– Сегодня в Нобль-Вале – выставка местных художников.
Анна обернулась на него.
–Ты хочешь туда поехать?
–Почему бы и нет? Тут недалеко.
–Но и не близко,– заметил дьякон.– Тридцать пять километров.
–Обрати внимание,– сказал Норов Анне,– живя в сельской местности, где ближайший супермаркет расположен в 15 километрах, французы исключительно редко выезжают в соседние города.
–Правда? – спросила Анна.
–Без необходимости не выезжают,– подтвердил дьякон.– Многие из жителей Кастельно годами не были в Нобль-Вале.
–Может быть, вообще не были,– усмехнулся Жан-Франсуа.
–Как странно! Почему?
–А что там делать? – простодушно отозвалась Лиз.
–Ну, я не знаю…– не сразу нашлась Анна.– Интересно же посмотреть на город.
–Да, но в нашем регионе все города похожи друг на друга, – пожала плечами Лиз. – Мы с Жаном-Франсуа однажды были Таиланде, вот там здорово!
–Я мечтаю побывать в России, – сказал Жан-Франсуа.– Поль обещал показать мне Петербург.
–Я устрою тебе поездку,– кивнул Норов.
–Вы не хотите с нами в Нобль-Валь? – спросила Анна.
–Я не особенно разбираюсь в живописи, – уклонилась Лиз.
–Было бы в чем разбираться!– скептически отозвался Жан-Франсуа.– Все деревенские художники рисуют одинаково, только одни подражают импрессионистам, другие абстракционистам. Некоторые и вовсе перерисовывают открытки. Ничего оригинального вы на этой выставке не увидите, я вас уверяю.
–У нас тут тоже есть художники, – сказал дьякон.
–В Кастельно?
–Да целых четыре… даже пять! У них свои студии. Мимо одной мы проходили, когда шли из церкви, вы просто не обратили внимания.
–А сколько всего здесь проживает людей?
–В самом Кастельно? Человек двести. И четыреста-пятьсот – в округе.
–Сейчас здесь живет не больше сотни,– уточнила Лиз.– Остальные разъехались кто куда.
–Пять художников на сто человек! Невозможно вообразить такое в русской деревне!
–Не забывай, что деревушка – туристическая, – напомнил Норов. – Но сути это, конечно, не меняет. У нас творческий человек – один на сотню деревень.
–И еще есть поэт! – прибавил дьякон, гордясь произведенным впечатлением.– Пишет стихи. Да. Есть еще школа дизайнеров и школа поваров. В сезон в эти школы приезжают иностранцы, немного учатся, но в основном – просто ездят по округе, развлекаются, как и все туристы.
–И еще три музыканта, двое из которых окончили консерваторию,– напомнил Жан-Франсуа.
–О да! Изабель превосходно играет на арфе,– подтвердил дьякон.– Иногда дает концерты в нашей церкви. Вы должны ее послушать.
–Ты мог бы рекомендовать меня, Пьер,– с усмешкой упрекнул его Жан-Франсуа.
–Извини, я думал, что ты сам пригласишь Анну послушать твою музыку…– сконфузился дьякон.
Губы Жана-Франсуа покривились.
–Не переживай, я знаю, что моя музыка никому не нужна.
–Но это не так, шери! – запротестовала Лиз.– Совсем не так.
–Можно подумать, ты что-то понимаешь в музыке,– поморщился Жан-Франсуа и прибавил, обращаясь к Норову.– Иногда я чувствую себя чеховским героем, Поль.
–В каком смысле?
–Ну, знаешь, у него герои порой оказываются в обстановке, где окружающим нет дела до их высоких устремлений. Все вокруг погружены в свои бытовые заботы и не понимают, почему те не хотят успокоиться, жить как все, простыми буржуазными радостями. И герои постепенно опускаются, становятся неотличимыми от других.
–Зачем ты так говоришь! – с упреком возразила Лиз.– Мне больно это слышать.
Жан-Франсуа ничего не ответил.