Возможно, дело было в воспоминаниях о муже-полицейском. Или в боли, которую она услышала в моем голосе. Нужно было только немного поднажать. Я увидела, как суровость на ее лице растаяла, будто мороженое августовским днем.
— Да, всегда найдется паршивая овца.
Я энергично кивнула и как бы невзначай вытащила из сумочки блокнот.
Она назвала несколько имен постоянных гостей камер под полицейским участком. Большинство — алкоголики, драчуны или бездельники, промышляющие мелким воровством. Вряд ли человека по прозвищу Шеффилдский Вор Петухов можно было считать подходящим кандидатом на роль убийцы или поджигателя, но я записала его имя вместе с остальными.
— А что насчет наркотиков? — спросила я, когда возникла пауза.
— Наркотиков?
Вот здесь мне нужно было ловко извернуться. Я не могла рассказать ей о том, что нашли в трейлере Руби. Иначе об этом тут же узнает шеф Уиддл. Так что я решила пойти по стопам моего босса.
— Я пришла к выводу, что одно правонарушение обычно ведет к другому, и наркотики часто служат спусковым крючком. Если бы я хотела найти людей, употребляющих марихуану или, скажем, героин, с чего бы мне стоило начать?
— У нас здесь такого мало, — ответила она. Однако я за милю чуяла сомнения. — Но…
— Что?
— Мальчишки Декамбр.
— Мальчишки? Братья?
— Братья, дядья, племянники — мы зовем все семейство мальчишками Декамбр.
Фамилия звучала знакомо. Потом я вспомнила старика из церкви утром. Того, что вознес хвалу Господу за не до конца вылеченную подагру. Я описала его миссис Гибсон.
— Это Гомер, — сказала она. — Он в семье белая ворона. Или серая, если совсем уж откровенно. В свое время был бутлегером. У него есть сын Калпеппер и два внука, Люк и Лерой. Калпеппер раньше подворовывал у Гомера. Сейчас он сидит в тюрьме неподалеку от Балтимора. За вооруженное ограбление. Так что теперь Гомера обворовывают внуки. Крадут пенсионные чеки и талоны на продукты. Позорище. Все об этом знают, но он не хочет доносить на них. А еще есть куча двоюродных братьев. И каждый — заноза в заднице. Вся семейка… — Она попыталась подобрать верное слово.
— С гнильцой? — предположила я.
Она кивнула.
— Именно. У них бар на Рейзор-стрэп. Сарай из дерьма и палок. Это место не входит в юрисдикцию нашего полицейского управления. А окружной шериф редко туда добирается.
— Наркотики входят в репертуар Декамбров? — осведомилась я.
— Их никогда не арестовывали за это. Но время от времени до меня доходили слухи, что там бывают старшеклассники. И возвращаются пьяными или под кайфом.
Ее лицо внезапно посуровело сильнее, чем когда-либо.
— Однажды один парень привел с собой свою подругу. Они накачались, и не то Лерой, не то Люк — девушка не в состоянии была отличить — изнасиловал ее, по словам ее матери.
Она сделала большой глоток сладкого чая, как будто пыталась смыть послевкусие этих слов.
— Шеф Уиддл поговорил с людьми шерифа, и они отправились туда. Но ничего не нашли. Разумеется, все подчистили. А девушка не стала давать показания, так что…
Значит, Декамбрам все сошло с рук и они могли вообразить себя неуязвимыми.
Ну вот, уже кое-что. На сцену вышли наркотики. А человек, способный изнасиловать женщину, был хорошим кандидатом в убийцы женщины.
— Есть какая-нибудь связь между Декамбрами и Руби Доннер? — спросила я.
— Бог ты мой, еще какая, — ответила миссис Гибсон, как будто это только что пришло ей в голову. — Раньше я почему-то не думала об этом. Это было так давно. Руби училась в школе вместе с Люком и Лероем. В основном с Лероем. Люк бросил учебу довольно рано. Лерой ухлестывал за Руби в школьные годы. Она была хорошенькой, а он… Ну некоторые считают, что у него есть определенный шарм.
— А вы как считаете?
— Он довольно привлекателен, — признала она. — И умеет красиво разговаривать с девочками. Но это работает, только если она пьяна или… скажем мягко, наивна. Любая здравомыслящая девушка сразу поймет, что он за фрукт. Вот вы, к примеру, кажетесь проницательной. Разве вы не пришли к такому же выводу?
— Я? В каком смысле?
— Вы же были там вчера, когда Джо выпустил его из каталажки.
Тот пьяница, который бросил на нас нервный взгляд по дороге к двери. Я попыталась найти в памяти его лицо, но вспомнила только запах.
— Это был Лерой Декамбр?
— Ага. Устроил потасовку с каким-то приезжим. Шеф Уиддл запер его на ночь, чтобы он остыл.
— По запаху я поняла, что он пил и буянил, — сказала я.
Она покачала головой.
— От мальчишки вечно так разит. Из-за того, что работает в баре.
Я попыталась вспомнить тот взгляд. Это было обычное недоверие к незнакомцам? Или он точно знал, кто мы?
— Вы сказали, что Лерой ухлестывал за Руби. Она ответила ему взаимностью?
Миссис Гибсон покачала головой.
— Нет. Руби всегда твердо говорила, что он ее не интересует. Скорее это было… нечто вроде постоянного предмета для шуток. Что он вечно таскается за ней, а она вечно его отвергает. Все об этом знали, даже взрослые. Потом она сошлась с Джо, и все.
