Вашингтон предупреждал о возможном появлении «лукавых, честолюбивых и беспринципных людей», которые попытаются «ниспровергнуть власть народа» и «захватить бразды правления, после чего уничтожат тот самый механизм, который вознес их к неправедному господству».
Он предвидел даже «коварные интриги иноземного влияния» и вероятность того, что некоторые «честолюбивые, подкупленные или вдавшиеся в обман граждане» начнут радеть о благе иного государства, «предав или пожертвовав интересами» Америки.
И, наконец, Вашингтон предостерегал о «постоянной опасности партийного духа», который приводит к раздорам, «необоснованной ревности и ложным тревогам», о гибельности разделений (Востока и Запада, Севера против Юга, штата против центра) для единства страны. Граждане, сказал он, должны нахмуриться в негодовании «при первых признаках любой попытки противопоставить часть нашей страны целому или ослабить святые узы, которыми связаны между собой различные части народа».
Первое поколение американцев часто обращалось мыслями к «общему благу». Вашингтон напоминал гражданам об «общих заботах», «общности интересов», «общем деле», за которое они сражались в Войне за независимость. Томас Джефферсон в инаугурационной речи также говорил о молодой стране, объединенной «общими усилиями во имя общего блага»{308}. Общая цель и общие представления о реальности так много значили, потому что ими штаты и регионы объединялись в целое, и эти концепции по-прежнему насущны для сохранения нации. Особенно они важны сегодня, в стране, где президент Трамп, российские тролли и тролли альт-райтов разжигают то самое партийное разделение, против которого предостерегал нас Вашингтон, вбивают клинья расовых, этнических и религиозных раздоров, увеличивают раскол между «синими» штатами и «красными», большими городами и малыми.
Эту ситуацию не так-то просто исправить, но в первую очередь граждане должны стряхнуть с себя уныние и цинизм, которые автократы и жаждущие власти политиканы сеют, чтобы подавить протест. Прекрасные ребята, уцелевшие во время бойни в Паркленде, именно так и поступили: они обратили свою скорбь в действие. Тем самым они меняют национальный дискурс и добиваются реальных мер по контролю за оружием, требуют реформ, чтобы уберечь других детей от того ужаса и тех утрат, которые пережили они сами.
Одновременно граждане должны присмотреться к тем институтам, которые отцами-основателями задумывались как столпы, удерживающие свод демократии, и изо всех сил защищать разделение властей на три ветви – исполнительную, законодательную и судебную, чтобы они, по слову Вашингтона, «взаимно друг друга сдерживали»{309}, а также не упускать из виду и два других краеугольных камня демократии, которые, по общему мнению отцов-основателей, необходимы для воспитания информированного и способного мудро выбирать своих правителей общества: образование и независимую прессу.
Джефферсон писал: поскольку молодая республика создавалась во имя права человека «быть управляемым разумом и истиной», наша «первостепенная задача – открыть перед человеком все пути к правде. Самый эффективный из них, насколько известно, – свобода прессы, и потому этот путь в первую очередь спешат перекрыть те, кто опасается расследования своих действий»{310}.
«А потому я считаю установленным, – продолжает Джефферсон, – что, отворив врата истины и укрепив привычку поверять все разумом, мы наденем наиболее надежные наручники на руки наших преемников, дабы воспрепятствовать им надеть наручники на народ с его же собственного согласия».
Мэдисон выражал ту же мысль более афористично: «Народное правительство у народа, не имеющего информации и доступа к ней, – пролог к фарсу или к трагедии – или к обоим разом»{311}. В отсутствие общепризнанных фактов – не «республиканских» фактов, и не «демократических», и не альтернативных фактов нынешнего разделенного на ниши мира – невозможна рациональная политическая дискуссия, нет надежных способов оценить кандидатов на политические посты, а избранников сделать подотчетными народу. Без истины демократия стреножена. Основатели нашей демократии понимали это. И те, кто желает сохранить демократию, должны осознавать это и ныне.
Дополнительные источники
Arendt, Hannah,
Avlon, John,
Campbell, Jeremy,
Chernow, Ron,
Clark, Christopher,
Confessore, Nicholas, “Cambridge Analytica and Facebook: The Scandal and the Fallout So Far,”