Она прикрыла глаза, надеясь, что это оборотни уничтожили нарушителей порядка, а не наоборот. В другое время она отправилась бы разбираться с этим сама, но ранение подкосило её. Её постоянно мучили боли в груди и животе, временами она задыхалась оттого, что ей не хватало воздуха в исполосованных лёгких. Она была уже не такая, как прежде, и удерживала стаю под своим контролем только благодаря собственной воле и преданности Мордрея. Она жалела, что позволила волкам напиться, и мечтала только об одном — чтобы Кривой Коготь, придя в Намме, позволил ей остаться в этом городе, а не сопровождать её в Донирет. Ну всё это к чёрту, она слишком устала. Всё это ужасное лето она волокла стаю за собой через всю страну, благодаря двум полнолуниям увеличила свой отряд почти вчетверо, и теперь заслуживала отдыха.
Она не могла знать, что двое из нарушителей уже добрались до стен её крепости.
Сделав крюк по улицам, Веглао и Октай подошли к темнице с тыла. Здесь в маленьком тупике между Гостиным двором и домом, в котором разместилась Морика, не было ничего, кроме нескольких старых рябин, протянувших свои ветви над руинами брандмауэра. Перебравшись через обломки стены, друзья прижались к глухой стене импровизированной тюрьмы и прислушались. Изнутри доносился глухой шум, в который смешалось дыхание сотен губ. Прислушавшись, ребята услышали ещё шёпот, стоны, вздохи и плач.
Молодые оборотни обменялись взглядами. Веглао мотнула головой в сторону улицы, на которой стояли часовые. Октай кивнул.
Они быстро выскочили из-за угла. Октай, выставив пистолет, мгновенно оглядел улицу — к счастью, абсолютно пустую, — а Веглао выстрелила в одного из часовых, того, кто стоял, прислонившись к балюстраде крыльца. Он даже не вскрикнул, просто повалился, как мешок, на дорогу, и песок под ним начал быстро темнеть. Второй часовой, дремавший возле стены, вскочил на ноги и хотел было заорать. Этим вторым был Длиннота, и Октай без всяких колебаний застрелил его.
— Надо было сделать это ещё раньше, — с презрением сказал он, глядя на то, как Длиннота корчится на земле, не в силах даже вскрикнуть, только зажимая рукой горло, из которого брызгала тёмная жидкость.
Они подбежали к часовым и сняли с пояса Длинноты ключи. Веглао хлопнула Октая по плечу:
— Освободи пленников. Вот, держи карабин. А я пойду, повидаюсь кое с кем.
Октай сразу всё понял. Он не стал её отговаривать, просто пожал ей руку и сказал, глядя в глаза:
— Не задерживайся.
Девушка кивнула в ответ. Чуть прихрамывая, она подошла к дому Морики и завернула в тупичок между ним и темницей.
Здесь в его стене было одно низко расположенное окошко. Веглао заглянула в него, держа пистолет перед собой. Окно выходило в небольшую комнату, которая была совсем пустой. Из мебели там был только шкаф у стены, стол и колченогий стул. Веглао забралась туда через окно, стараясь не произвести никакого шума. Раненая нога снова заболела, но в этот раз боль была слабее — а может, девушка просто убедила себя в этом. Пройдя к двери, она тихонько её приоткрыла.
За дверью оказался обширный зал, стены которого были обшиты деревом, а на полу лежал истоптанный грязными следами ковёр. Посреди комнаты стоял большой стол с остатками ужина — очевидно, здесь Морика и верхушка стаи вчера наслаждались едой, отнятой у местных жителей. Куча пустых бутылок и их осколков подтверждали то, что большинство оборотней и вправду вчера напились и теперь мучаются с похмелья. И как только Морика могла это допустить? Но тем не менее, это было хорошо.
В зал вело несколько дверей, из которых лишь одна была закрыта. Сверху доносились голоса — там были оборотни. Но они могли находиться и поблизости. Держа пистолет наготове, Веглао тихо обошла стол, заглядывая поочерёдно в каждую комнату, но никого там не нашла. Повременив немного перед столом, на котором полуобглоданные кости, хлеб, сыр и остатки фруктов источали слабые, но вкусные запахи, она переборола свой голод и направилась к закрытой двери.
К счастью, та не была заперта. За ней оказался длинный коридор с какими-то рамками на стенах. В некоторых из них находились бумаги, с других тускло глядели чьи-то лица. В конце коридора была лестница, ведущая на второй этаж. А на втором этаже были оборотни, и они ругались. Очень громко и яростно. Прислушавшись, Веглао поняла, что ругается главным образом женский голос.
Веглао остановилась. Пистолет в её вытянутых вперёд руках задрожал, но она сжала его покрепче. Все её мышцы были напряжены, глаза неподвижно глядели вперёд — она ждала.
На лестнице показалась коротенькая крепкая фигура. Оборотень ковылял вниз, шатаясь и спотыкаясь на ступеньках. Даже за десяток шагов Веглао уловила запах какого-то спиртного напитка. Кто бы он ни был, он тоже вдребезги пьян, и это хорошо.
Оборотень не спустился до конца — увидел Веглао. Он остановился, пошатываясь и держась за перила лестницы, и обалдело уставившись прямо в чёрный глазок дула, которое было направлено на него.
— Ты… ты кто такая? — протянул он. Его глаза близоруко сощурились.
