У Димы перехватило дыхание. Неужели до Надьки тоже добрались? Хрипло спросил:
– Что вам надо?
Гамадрил с презрением выплюнул:
– Вроде мужик. Самец. Чего баб-то впутывать?
Полуянов опешил:
– Ты о чем?
И немедленно получил увесистый в челюсть. Рот сразу наполнился кровью.
– Но начали мы с тебя. Так что скажи спасибо, – назидательно молвил «моряк».
Два зуба зашатались, но все-таки уцелели.
– Одну девку погубил. Вторую – подставил. Не стыдно?
Дима потряс головой. Сплюнул на бетонный пол кровь. Сказал спокойно:
– Давай без моралей. Говори, что надо.
– Какое задание ты Марьянке дал?
«Все-таки сотрясение мозга. Или что похуже». Дима вообще ничего не понимал. Но на жалость бить бессмысленно. Сказал твердо:
– Извини, но не вкуриваю. Кто такая Марьянка?
Собеседник усмехнулся. Достал телефон. Продемонстрировал снятое крупным планом, перекошенное в смертельной гримасе лицо. Женское. Абсолютно незнакомое.
– Я первый раз ее вижу, – искренне сказал Дима.
И снова получил – в этот раз по скуле. Но боли даже не почувствовал. Вскочил и заорал:
– Я не знаю, кто она! Говорю тебе, первый раз ее вижу! Что ты мне вешаешь, идиот?!
Лицо у морячка по-прежнему невозмутимое, но в глазах что-то дрогнуло. А Полуянов пошел ва-банк:
– Ты человек Стеценко?
– Тут я вопросы задаю, – отрезал татуированный.
– Хорошо. Задавай. Тогда объясни сначала, в чем ты меня обвиняешь.
– Марьяна работала на тебя.
– Ты идиот? Говорю тебе: вообще не знаю ее!
Чувствовал себя Дима словно в театре абсурда. Но и собеседник тоже слегка подрастерялся. Похоже, понял, что Полуянов не играет.
Дима сбавил тон, спокойно сказал:
– Слушай, ты Грибоедова читал? «Шел в комнату, попал в другую». Сдается мне, ты к Стеценко никакого отношения не имеешь. Тогда объясни: в чем дело? За что я здесь?
Морячок ответом не удостоил. Полуянов настаивал:
– Константин Стеценко. Руководитель корпорации «Старомосковия». Ты ведь не на него работаешь?
– Нет, – подтвердил тот неохотно.
– Значит, давай разбираться. Как разумные люди. Без зуботычин. Я к тебе с открытыми картами. Действительно, грешен. Ищу компромат на Константина Стеценко. Мне надо его вынудить на сделку. Продать информацию – в обмен… на одну услугу. Но я действую один. В свои дела женщин не впутываю. А ты говоришь, одну убил, вторую подставил. Марьяну я не знаю. Кто вторая?
– Не догадываешься? – гнусно усмехнулся собеседник. – Подружка твоя.
– Тронешь Надьку хоть пальцем – я тебя закопаю, – твердо пообещал Полуянов. – Она библиотекарь. Никакого отношения к моей работе не имеет.
Ожидал очередного удара, но морячок лишь вцепился железными пальцами в плечо. Прошипел:
– Значит, будешь за подругу свою отвечать. Номер девятьсот три – семнадцать – семнадцать – четыреста чей?
Отпираться бессмысленно.
– Надькин.
– По нему Марьяна и пыталась скинуть информацию.
Что-то – очень смутно – начало в Диминой голове складываться.
Сказал:
– Я свои карты раскрыл. Теперь ты скажи: на кого работаешь?
– Не важно.
– Я правильно понимаю, что Надюшка моя полезла в твои дела?
– Ну… допустим.
– Я не знаю, чего она добивалась. Но сразу скажу: она абсолютно бескорыстный человек. И старалась точно не для себя. Не для личной выгоды.
– Что за бред ты несешь!
– Со стороны бредом и выглядит, – признал Полуянов. – Попробую тебе объяснить. Мы с Надей оба состоим в обществе «Кайрос». Слышал про такое?
– Чего?
– Сайт «Кайрос.ру». Открой интернет, посмотри.
Морячок недоверчиво присвистнул:
– Подожди, чего-то мне рассказывали… Это которые типа помогаем, спасаем?..
– Да. Я их – то есть нас – называю «тимуровцы». Надюшка меня втянула. Иногда, знаешь ли, действительно приятно кого-то спасти. Абсолютно бескорыстно. Но мы с Надей, хоть и живем вместе, работаем каждый за себя. Я в настоящий момент помогаю… одному человеку, у которого зуб на олигарха Стеценко. А чем занималась Надька – сказать не могу. В «Кайросе» правило: не делиться ни с кем, даже с близкими. Одно гарантирую: зла она никому причинять не хотела. Но раз погиб человек… эта Марьяна… значит, Надюшка моя что-то неправильно спланировала. Понимаю: смешно теперь извиняться и тем более просить тебя о чем-то. Но, по-моему, это теперь наша с тобой обязанность. Объяснить неразумной девушке, в чем она была неправа. И остановить ее, пока еще больших бед не наворотила.
Морячок скривился:
– Да… хороши у вас методы восстанавливать справедливость.
– Я все исправлю. Говори.
– Да поздно уже, – отмахнулся. – Человека она погубила. Хорошего человека.
И, тщательно подбирая слова, продолжил:
