– Только не я, – признался Ридлторп. – Я бы сразу же забрался под стол. Лучшего места не найти, когда дело доходит до стрельбы.
– А вот я, как это ни странно, мечтаю увидеть, как вы водите, – сказал мистер Уотерфорд. – В гоночном мире есть несколько женщин, но этого явно недостаточно. Будет интересно понаблюдать, как вы справитесь.
Я улыбнулась ему и благодарно кивнула. Казалось, он еще не закончил, но что-то привлекло его внимание. По траве в нашу сторону вышагивал Гарри в сопровождении Эллиса Докинса и еще одного, неизвестного мне мужчины. А за ними, отдельной группой, следовали леди Лавиния и миссис Беддоуз, движения которых были более элегантны, но не менее целенаправленны. Далеко за ними виднелась мисс Титмус, которая тащила нечто напоминавшее небольшую и довольно изящную фотокамеру.
Но нашу беседу прервало не появление соперников, а скорее перебранка, которая разгоралась между двумя из них.
– Nein, nein, es ist nicht das Gleiche, – говорил жилистый мужчина в пенсне. – Это совсем не то же самое.
Фэншоу закатил глаза, а двое других мужчин посмотрели друг на друга.
– Ну же! Виктор! Спокойнее, старина! – крикнул со смехом его светлость. – Никогда не встречал человека, который был бы так готов ввязаться в спор, – добавил он sotto voce[26], повернувшись к нам с леди Хардкасл.
Мужчина в пенсне остановился на полуслове, взглянул на нашего хозяина и, печально улыбнувшись, поднял руки, показывая, что сдается.
– Извини, Эдмонд, – сказал он. – Мне не хочется портить сегодняшнее утро, но этот молодой дурак…
Молодой дурак тоже поднял руки, как бы взывая к его светлости, и лорд Ридлторп вновь рассмеялся.
– Прошу всех подойти и познакомиться с восьмым участником гонок, – сказал он. – А можно подождать с выяснением отношений до гонки, нет?
Двое спорщиков приблизились. Гарри шел немного сзади, и его лицо освещала широкая ухмылка, так похожая на ухмылку его сестры.
– Так вот, – продолжил его светлость, – позволь, Виктор, представить тебе мисс Армстронг из… Мисс Армстронг, а откуда вы родом?
– Из Абердэра, милорд, – ответила я. – Это в Южном Уэльсе.
– Правда? Кто бы мог подумать! Так вот, это мисс Флоренс Армстронг из Абердэра, и – где бы это, черт побери, ни находилось – я уверен, что там очень мило. Она горничная леди Хардкасл, завзятая путешественница и просто славный малый. Мисс Армстронг, это Виктор Ковач из Вены, гонщик, владелец Die Kovacs Motorsport Mannschaft[27], мой самый грозный соперник и самый лучший друг.
Герр Ковач щелкнул каблуками и слегка поклонился в мою сторону.
– Рад знакомству, Fraulein, – сказал он. – Вообще-то, я родился в Будапеште, но вот уже много лет живу в Вене. Вы будете ехать на моем авто, да? А вы когда-нибудь участвовали в гонках?
– До сегодняшнего дня – нет, сэр, – ответила я, – но очень хочу попробовать.
– Мне кажется, гонка дам сегодня будет интересной, – улыбнулся мой собеседник.
– Обязательно, – сказал его светлость. – Ну, Докинса вы уже знаете. Он из… В общем, откуда-то. Из Борнмута или из какого-то столь же жуткого места, да?
Мы кивнули хозяину дома. Эллис подмигнул мне, и я закатила глаза и отвернулась.
– А я, кстати, Гарри Фэншоу, – подал голос брат леди Хардкасл. – Это на тот случай, если у вас возникли вопросы.
К этому времени до нас добрались дамы.
– В чем дело, Пройдоха? – спросила сестра лорда. – Нас что, уже не представят?
– Бог мой! – воскликнул лорд Ридлторп. – М-м-м… Лавиния, Роз, Хелен… Это Флоренс Армстронг.
– Немного слишком формально, дорогой, – заметила Джейк. – Но придется удовольствоваться этим. Доброе утро, мисс Армстронг. – Она улыбнулась мне. – Мы так много о вас слышали.
– Вот именно, – негромко сказала Хелен Титмус, махнув мне рукой и улыбнувшись. – Классно наконец-то встретиться с вами.
Уголки рта Розамунды Беддоуз слегка приподнялись в некоем подобии приветственной улыбки, но она мгновенно приобрела свой обычный презрительно-тоскующий вид и отвернулась.
– Ну, с этим покончено, – решил его светлость. – Все готовы повеселиться? Тогда, может быть, займемся гонками?
Все поддержали его возгласами.
– Отлично, – сказал он, хлопнув в ладоши. – У кого список?
Гарри протянул ему лист бумаги, который я видела в большом зале:
– Возьми, Пройдоха.
Лорд Ридлторп взял протянутый листок и взглянул на него.
– Так, я в автомобиле номер один, – произнес он и направился к машинам. – Ветродуй, у тебя номер два, Докинс – номер три, а ты, Виктор, остаешься в своем серебряном номере четыре. Три круга, бегать не будем и начнем сразу с заведенными моторами…[28]
– Минуточку, – сказала леди Лавиния, делая шаг в сторону брата и забирая у него расписание. – Мне кажется, здесь написано, что сначала состоится гонка дам. – Она помахала бумагой, на которой действительно женские соревнования были указаны первыми.
– Это все из чистой вежливости, Джейк, – жалобно возразил Ридлторп. – Трек мой, и я решаю, кто едет первым.
– Вы сущий ребенок, Эдмонд Кодрингтон, – вздохнула Лавиния. – Мы бросим жребий. У кого есть монета?
Гарри порылся в кармане брюк и извлек оттуда флорин.
