– Мне кажется, для них это приключение, – проворчала моя собеседница. – И все равно, на мой взгляд, это неправильно. Я всегда думала, что если бы у меня был мистер Раддл, то мы создали бы для наших деток такой дом, из которого бы им не хотелось уезжать.
– Ну а хоть кандидат-то был? – поинтересовалась я.
– На роль мистера Раддла? – рассмеялась повариха. – Не помню, чтобы кто-то обращал внимание на кошелку вроде меня.
Пэтти оторвалась от резки овощей.
– Глупости, миссис Р., они все могли только мечтать о вас.
– И вот теперь – посмотрите сами, – продолжила миссис Раддл. – У меня все-таки есть ребенок, за которым приходится присматривать. Так что жизнь сложилась не так уж плохо. Правда, коль уж мы заговорили о школах, я жалею, что совсем не училась. Писать и читать меня научил мистер Сильвестр – он был здесь дворецким, когда я была посудомойкой. Он учил всех нас, молодых. Говорил, что «потом это сослужит вам хорошую службу». Имейте в виду, начальником он был строгим. Таким противным-противным. Мне кажется, что учил он нас только для того, чтобы мы понимали, какую из библейских заповедей нарушаем. Но оказалось, что он всем нам оказал услугу. Я бы никогда не стала тем, кто я сейчас, если бы не умела прочитать рецепт. А вы, дорогая? Вы где-нибудь учились?
На мгновение я задумалась. Обычно я ничего не имею против того, чтобы рассказать о своей жизни, но сейчас мне хотелось побольше узнать о леди Лавинии и ее подругах. Но все выглядело так, как будто состав уже тронулся, так что я решила следовать за ним. Возможно, позже мы сможем вернуться к сестре хозяина дома.
– Немного, – ответила я. – Я выросла в цирке…
– Не может быть! – воскликнула Пэтти. – Ой! – От избытка эмоций рука у нее дрогнула, нож соскочил, и она поранила палец.
– Под воду, девочка. И побыстрее, – велела ей миссис Раддл.
– Правда, – ответила я. – Однажды в Мертир-Тидвил[51] приехал цирк. Моя мама с друзьями перебрались через перевал, чтобы посмотреть. И Мамгу[52] – так мы звали мою бабушку, – так вот, на следующий день Мамгу узнала, а ей рассказали друзья мамы, что мама убежала с метателем ножей. Они поженились, и я младшая из их семерых детей. Хотя я младше шестой всего лишь на двадцать минут.
– И вы жили в цирке? – Кровь у Пэтти продолжала идти, но это, казалось, ее совсем не беспокоило.
– Ну да. И путешествовала по всей стране. Читать меня учил укротитель львов. И когда мы попадали в город, в котором была библиотека, я проводила там, среди книг, все свое время. Мне было не важно, что читать – самое главное было с головой погрузиться в книгу.
– То есть вы убегали из цирка, чтобы читать книги, – рассмеялась миссис Раддл. – Теперь я все поняла.
– Тише, миссис Р., – остановила ее Пэйшенс. – Мне кажется, это просто изумительно. А вы каким-нибудь трюкам научились? Обожаю цирк.
– Мой папа научил меня метать ножи, – ответила я. – А еще я немного акробатка. Ну, и если в поместье появится лев, сбежавший из цирка, я точно знаю, что надо делать.
– Боже! – опять воскликнула юная кухарка. – И что же?
– Бежать без оглядки, – ответила я.
– Получила, дурочка? – усмехнулась Раддл.
Бетти появилась как раз вовремя.
– И над чем мы здесь смеемся? – невинно поинтересовалась она.
Услышав этот вопрос, повариха и ее помощница вновь расхохотались.
– Я делилась некоторыми секретами из жизни цирка, – ответила я.
– Цирка? – переспросила Баффри. – Но это же полная ерунда! Почему бы вам не рассказать им что-нибудь из жизни шпионов?
– Шпионов? – не поверила миссис Раддл. – А вы нам тут сказки не рассказываете, мисс Армстронг?
– Совсем нет, – ответила я. – Второе пришло на смену первому. Мамгу заболела, так что мама вернулась в Абердэр, забрав с собой троих младших детей. Папа с четырьмя моими старшими братьями остался в цирке, а Даи – он был всего на два года старше меня, – моя сестра-близнец Гвинет и я вернулись в долины. Мне тогда было, кажется, двенадцать лет. И вот, пока мы пытались наладить жизнь в шахтерской деревушке, мы целый год ходили в местную школу. Даи закончил в шахте, как и его дедушка, Гвинет получила работу Мамги в местной лавчонке, а я… я вновь покинула отчий дом.
– Чтобы стать шпионкой, – в голосе миссис Раддл слышалось недоверие.
– Нет. Чтобы стать посудомойкой в Кардифе.
– И там вы встретили леди Хардкасл? – уточнила Пэтти.
– Нет, леди Хардкасл я встретила в Лондоне. Через два года работы у Уильямсов я перебралась в Лондон, а там, еще через два года, леди Хардкасл, подруга моих тогдашних хозяев, предложила мне стать ее горничной.
– Восхитительно, – вновь подала голос Пэйшенс.
– Это в семнадцать-то лет? – не поверила повариха. – Теперь я точно знаю, что вы все выдумываете. У леди никогда не бывает семнадцатилетних служанок. Не верь этому, Пэтти.
