– Нет, я же слежу за ней, – заверила я ее. – Марина Алексеевна велела мне проконтролировать, чтобы ничем противозаконным Катя не занималась. Сказала, что, если девчонка будет вызывать у себя рвоту, мне влетит по первое число.
– Правильно сказала, – кивнула Алина Николаевна. – Хорошо, идите работайте. Пока будете в уборной, следите за Катериной.
Я пообещала, что все будет в порядке, и вернулась в туалет. Катя опустила стульчак на дырку-туалет и удобно устроилась на своем «стуле». Я закрыла дверь и продолжила:
– Что произошло с Юлей потом?
– Ну, ее водили несколько раз к психологу, – заявила девушка. – Вроде как решать ее проблемы. Но Юлька была жутко подозрительной, она в последние дни своего пребывания в больнице очень боялась всего подряд. Буквально тряслась, так ей было страшно. А один раз спросила меня, не замечаю ли я чего-то странного. Я сказала, что нет, а она стала говорить, что боится психиатра, который ее лечит, Андрея Сергеевича, вроде он на самом деле – маньяк и хочет убить ее. Представляете? Мне он показался странненьким, но убийца из него никудышный. Но Юлька буквально до смерти его боялась, она говорила, что слышала разговор по поводу того, что ему кровь нужна. Представляете? Я тогда посмеялась над ней, вот дурочка – еще станет мне про вампиров рассказывать! А она заявила, что я ничего не понимаю и не знаю, а когда пойму – поздно будет. И что он и до меня доберется. Она так это говорила, что мне вдруг самой страшно стало. Но я подумала, уж моя-то кровь никакому вампиру не понадобится – я же курю, потом, на диетах долго сидела, так что донор из меня никакой. Я даже предложила Юльке попробовать начать курить, раз она так за свою кровь трясется. Она один раз у меня взяла сигарету, попробовала, но ей не понравилось, плохо стало. Закашлялась, а на меня потом дежурная долго орала, что я людей травлю…
– А зачем Веронскому нужна кровь, Юля не сказала? – поинтересовалась я. Катя пожала плечами.
– Не знаю. Наверно, она его с графом Дракулой перепутала, вид у него, конечно, будь здоров… Изможденный какой-то, худой… Вот в него и надо эти больничные помои пихать, а не в меня! Надо мной измываются, а своего заведующего откормить не могут!
– А как Юля выписалась из больницы? – спросила я. – За ней кто-то приехал?
– Да вроде сестра, – кивнула Катя. – Странно, что она раньше Юльку не навещала. Или, может, после ее визита моя соседка взбесилась? Нет, Юля была рада, что ее сестра приехала, она едва ли не прыгала от счастья. Я Юльке завидовала тогда… Но меня мать домой не заберет, она только орать на меня и может. Не хочет со мной возиться – ей легче платить медсестрам и врачам, чтобы те надо мной измывались, а сама себе мужика завела, на меня ей плевать!
– Ты меня извини, но тебе действительно нужна помощь, – заметила я. – Лезу не в свое дело, знаю, но не спеши обвинять мать. Тебе сколько лет?
– Восемнадцать исполнилось в июле, – ответила та. – Днюха в психушке, просто пять баллов! Телефоном нельзя пользоваться, музыку не послушаешь, из развлекательных программ тут только телик дурацкий, и все. Знаете, что мне мать на день рождения подарила? Ха-ха, притащила кусок торта и книжку! Я ее даже читать не стала, подарила Наташке, своей тогдашней соседке. И торт ей тоже скормила, хорошо еще, мать не стала меня заставлять есть его при ней…
– Думаю, твоя мама за тебя переживает и скучает по тебе, – заметила я. – Хочет, чтобы ты поскорее выздоровела. Ей нелегко приходится…
– Ой, только мораль мне читать не надо, а? – взвилась Катя. – Это мое личное дело! Давайте оставим в покое мою мать. И потом, мне уже надоело тут сидеть на сортире, я уже две сигареты подряд выкурила. Можно я в палату вернусь?
– Иди, – разрешила я. – О нашем разговоре только помалкивай, тогда я тебя не выдам.
– Заметано, – усмехнулась девица. – Если что – обращайтесь, поболтать я не против. Вот только не о моей мамаше…
Мы с Катей вышли из уборной, я продолжила мыть полы, а девчонка вернулась к себе в палату.
Уборку помещений я закончила в девять вечера – кроме отделения для больных, надо было мыть душевые, столовую, кабинет врачей, туалет для персонала, оказавшийся не таким жутким, как уборная для пациентов, и коридор. Попутно я устанавливала «жучки» везде, где только можно, благо санитарки могут войти в любое помещение больницы. После этого меня ждала работа на кухне – Марина Алексеевна дала мне ключи от запасного выхода и велела вынести мусор, потом нужно было вскипятить воду и принести кипяток пациентам.
– Можешь передохнуть, – разрешила мне наконец повариха. – Только будь готова к тому, что ночью придется просыпаться – частенько кого-то из пациентов тошнит от лекарств, надо убрать за ними. Я, пожалуй, пойду вздремну – устала за сегодня. Ты тоже лучше спать ложись, пока есть такая возможность. Сегодня повезло, ужин раньше приготовили, вот и работу раньше закончили.
