Он стоял посреди комнаты, заложив руки за спину, и смотрел на меня открытым доброжелательным взглядом. У правой стены в шеренгу выстроилась местная жандармерия — дворецкий с шиншиллой. Словно по команде «равняйсь» развернув головы, они смотрели на меня. Винтер держал на караул щетку с длинной рукоятью, а вооружение горничной составляло ведро с водой, тряпка, траурно приспущенная в воду, и вместительный мешок для пищевых отходов. Они здорово напоминали почетный караул. На кровати у стены слева, неестественно выпрямив спину и сложив на колени ладони, сидела ... Эльза. Невредимая и практически живая. Только немного неподвижная. Из кресла на западной стороне искрился идиотской улыбочкой Мостовой. Метрах в трех правее, прислонясь к окну и скрестив на груди руки, стояла Жанна.
Вроде все. Я уж было обрадовалась — этой ночью не убили никого, у меня в запасе целые сутки.
— А вот и Вера Владимировна, — сказал Бригов. — Вы успели как раз к разбору полетов.
— Предпочла бы к шапочному разбору, — буркнула я. — Чего это вы тут веселитесь?
— Мы не веселимся, — лучась самодовольством, сообщила Жанна. — Мы собранны, серьезны и подводим итоги тактических учений с применением поражающих веществ.
— А чего он тогда лыбится? — кивнула я на Мостового.
— Ничего, — подала голос Эльза. — Он мертв.
Приглядевшись к охваченному сочным восторгом лицу, я уныло констатировала: улыбка — это кривая гримаса, перекосившая бывшего футболиста в момент агонии. Возможно, он улыбался перед смертью, что и определило дальнейшее движение мышц. Присмотрясь еще внимательнее, я выявила, что его лицо даже трудно назвать лицом. Это известняковый обелиск, иссеченный морщинами и вздувшимися венами. Смерть настала внезапно, перекрыв дыхательные пути за считанные мгновения, благодаря чему он и не успел измениться в лице.
— Укол строфантином, — благодушно пояснил Бригов. — Моментальная парализация и удушение.
Я бросила изумленный взгляд на Жанну. Брюнетка юмористически всплеснула руками — мол, что поделаешь, судьба. Я растерянно обернулась к Эльзе. Блондинка застенчиво улыбнулась.
— Замечательная интрига, — ухмыльнулся Бригов. — Коварный женский план. Давно не получал такого удовольствия. Вы провели даже меня, дорогие дамы. И когда вы, спрашивается, начнете беречь наших мужчин? — Плотоядно ухмыляясь, Бригов принялся вышагивать по середине зала. — Но я не даю вам штрафного свистка или желтой карточки по причине мужской солидарности, я скромно помалкиваю. Итак, нарушений правил не отмечено, Игра состоялась, победители названы. Поздравляю вас, милые дамы. Никто не вправе отнять у вас заработанные деньги. А теперь давайте пробежимся с самого начала — для закрепления, так сказать, пройденного. — Он остановил свои вышагивания и устремил на меня блеск своих веселых глаз. — Благодаря некоторым особам, не будем показывать пальцем, мы не имеем в штате придворного летописца, поэтому закреплять придется совместно. Предлагаю всем напрячь свои мнемоспособности. Итак, Жанна сговаривается с Эльзой о проведении совместных плановых мероприятий. Вы не могли познакомиться в России, дамы. Это запрещено правилами и невозможно технически. Следовательно, судьба свела вас в замке. Это правильный ответ?
— Это правильный ответ, — подтвердила Жанна. — Я сумела всунуть ей в руку записку, где подробно обосновала преимущества моего плана.
— Это звучит подозрительно, — недоверчиво хмыкнул Бригов. — Но другого толкования у вас, полагаю, нет, да оно и не надо. Согласимся. Итак, в ночь с пятницы на субботу коварный и непредсказуемый Рустам ибн... как его? — совершает акт вандализма, возвращая, впрочем, по завершении дела сдвинутую ступень на место. Бурляк разбивается затылком. Рустаму без разницы, кого ухлопать: он парой не обзавелся. Других значительных событий этой ночью не происходит: участники Игры сдержанны и присматриваются. Кто-то прячется, кто-то совершает короткие разведывательные вылазки. Ночь с субботы на воскресенье. Окрыленный успехом Рустам, с холодным оружием наперевес, совершает вояж по замку.
— Его видел Мостовой, — вступила Жанна, — но поостерегся к нему подходить на открытом пространстве. Слишком юркий. Мы с Мостовым разминулись в ту ночь, должны были встретиться на лоджии... Рустам прошел по вестибюлю, поднялся по северной лестнице на третий этаж, спустился по южной до второго...
— Постоял у моей двери, — буркнула я, — потом куда-то побежал.
— Он увидел, как я свернула на лоджию, и припустил за мной, — кивнула Жанна. — Бросился, когда я собиралась забиться за вазу. Я сумела выбить у него нож, но он нырнул мне под ноги, забросил за перила, я успела схватить какую-то балясину...
— Он сразу убежал, — допустил Бригов, — подозревая, что рядом с вами обязательно будет Мостовой. А при отсутствии ножа в схватке с этим здоровилой он заведомо в проигрыше.
— Я видела, как Рустам исчез на лестнице, — вспомнила я.
— А затем меня вытащила Вера, — продолжала Жанна. — Прибежал Мостовой, схватил меня за руку, и мы укрылись в моей комнате.
