— Потому что я прогнала их, — хмурюсь и смотрю вперед, крепко сжав пальцы. Вновь ощущаю комок вины, подпрыгнувший к горлу, но не обращаю на него внимание.
— Сказала им уходить, а теперь жалеешь. Тебе стоит лучше контролировать…
— …свои способности.
— Нет, свои желания. — Мужчина потирает пальцами заросший подбородок, а я вдруг отмечаю, насколько он высокий. Просто великан с широченными плечами. П о сравнению с ним, я худощавый карлик. — Где ты живешь?
— В Астерии.
— Далековато ты забралась. — Он тихо усмехается. — И что ты забыла в Дилосе?
Мне вдруг не хочется врать. Знаю, глупо все выкладывать незнакомому человеку, но я должна поговорить, должна высказаться. Этот мужчина только внешне излучает угрозу, но смотрит он на меня с пониманием, словно ему знакомы мои чувства, и он сам проходил через нечто подобное. Я набираю в грудь воздуха и отвечаю:
— Я записывалась на прием к Смерти. У него тут офис неподалеку.
— Верно, я однажды забегал к Карме.
— Серьезно? — Удивляюсь я, расширив глаза.
— Да. Я и с Мойрой Парки хотел поговорить, но у нее как всегда закрыто.
— Мойра Парки?
Мужчина глядит на меня смышлено и в очередной раз кривит губы. Наверно, сейчас он пытается понять, притворяюсь я или действительно ни черта не смыслю в этом мире. Я бы хотела защититься и запротестовать, мол, не надо смотреть на меня так, словно мне лет пять или шесть. Но что уж тут душой кривить? Я и, правда, ничего не понимаю.
— Мойра Парки — это Судьба. Удивительная женщина. — Незнакомец вновь достает из кармана куртки сигареты, притормозив меня ладонью, а затем выдыхает. — К ней на прием так просто не придешь. Все должно произойти случайно, по стечению обстоятельств.
— А я и не знала.
— Ты, видимо, многого еще не знаешь, девочка. — Мужчина закуривает и продолжает идти вдоль магазинчиков, а я семеню следом, стараясь не отстать. — И как прошел прием?
— Замечательно, — невзрачно язвлю я.
— Узнала все, что хотела?
— Да. Но лучше бы не узнавала.
— Ребята, что сидят в тех кабинетах, мертвые. Ж изнь у них вечная, без боли и прочих неприятностей. Впрочем, какие неприятности могут быть у Смерти?
— Хотите сказать, что они нас не понимают?
— И никогда не поймут.
Я задумчиво хмурю брови, вспоминая о том, как моя мама обнимала Ноа Морта. Как решительно она сжимала в пальцах его руку, как безоговорочно доверила ему свою жизнь. Она обнимала Смерть. Но еще она обнимала человека, которого, возможно, любила.
— Но ведь бывают исключения, да? — Шепотом протягиваю я и замечаю, как мужчина останавливается рядом с черным, вытянутым Фордом. Он переводит на меня растерянный взгляд, а я протяжно выдыхаю. Нехотя стягиваю с плеч куртку. — Возьмите.
— Как тебя зовут? — Через силу спрашивает незнакомец, выбросив в сторону окурок.
— Ариадна.
— Джейсон. — Незнакомец протягивает ладонь, и я уверена, что он собирается забрать у меня куртку, но внезапно он решительно пожимает мне руку. Я вскидываю брови. — Мне некуда спешить, Ариадна. Я отвезу тебя.
— Не стоит, правда.
— И как ты доберешься?
— Ну, — я оглядываюсь и неуверенно покачиваюсь на носках, — найду вокзал.
— И как будешь искать?
— Спрошу у прохожего.
— Который, вполне возможно, продолжит то, что начали парни из бара.
— Парни? — Прыскаю со смеху и сплетаю перед собой руки. — Я бы назвала их совсем иначе. Более точно, менее корректно.
— Садись. — Джейсон открывает дверцу, а я нерешительно поджимаю губы.
Почти уверена, что у него полно дел и без меня, но зачем тогда он пытается помочь?
— Сесть в машину к незнакомому человеку…? — Медленно протягиваю и прищуриваю глаза. — Кажется, кто-то мне говорил, что никому нельзя доверять.
Мужчина улыбается, и на его измученном лице появляются ямочки, морщинки возле глаз скапливаются в небольшие складочки. Он вновь указывает на открытую дверь и тихо протягивает низким, хрипловатым голосом:
— Меня можешь не бояться.
— После таких фраз и сбрасывают где-то на обочине.
— Не тяни время. Скоро стемнеет, а я хочу вернуться до сумерек.
— Но почему? — Я потираю плечи. — Вы не похожи на доброго самаритянина.
— А на кого же я похож?
— Не знаю. Вы внушаете…
— …ужас? — Джейсон тускло улыбается и потирает длинными пальцами подбородок. Я бы подобрала другое слово, но можно обойтись и этим. — Я чувствую.
— Что чувствуете?
— Что тебе страшно, Ариадна. А я могу помочь. Вот и все.
— И как же вы чувствуете, что мне страшно?
Мужчина в очередной раз лениво кривит губы, а его рыжевато-карие глаза пронзают меня странным, огненным блеском. Я недоуменно вскидываю брови и вдруг думаю, что у этого человека гораздо больше тайн, чем я могла предположить на первый взгляд.
— Я почуял. — Отвечает он и шире распахивает дверь.
ГЛАВА 16. НЕОЖИДАННЫЕ ВСТРЕЧИ.
