Я продолжаю буравить Мэтта взглядом, как и он продолжает испепелять меня лютой неоправданной злостью. Никто в этой игре не проигрывает. Но и не побеждает.
- Стоит мне сказать что-то про Логана, как тут же у тебя пар из носа валит ! – Вдруг парирую я и слежу за тем, как Мэтт закатывает к небу глаза. – В один прекрасный день ты закатишь глаза так сильно, что ослепнешь.
- Лучше бы ты за собой следила, тебя едва не убили, а ты собираешься на вечеринку.
- Верно ! Меня едва не убил сумасшедший священник. П апаша той самой девушки, с которой ты собираешься сглаживать углы. И тебе не кажется это странным? Может, она с тобой вообще под ручку ходит, чтобы…
- Она со мной под ручку ходила еще до того, как ты здесь появилась.
- Не понимаю, что именно тебя так злит, – недовольно сплетаю на груди руки, – ну ?
- Ты никогда меня не слушаешь и делаешь все наоборот, и меня поражает, как ты так быстро находишь, что ответить, Ари, чтобы вывести меня из себя? Это талант, я уверен.
- Я ничего не делаю.
- Делаешь. Даже сейчас, ты идешь на вечеринку с Логаном, чтобы насолить мне.
- Пф, что? – Я прыскаю со смеху и покрываюсь вся красными пятнами. Черта с два, я ему признаюсь, что меня жутко задевают его отношения с Джил. Лучше пусть ее папаша в очередной раз подвесит меня под потолок. – Мда, допустим. Но с какой стати тебя вообще это задевает, Мэтти? – Я специально называю его так и наслаждаюсь, когда в его глазах на долю секунды вспыхивает пламя. Парень разозлился не на шутку. Мы рвемся друг к другу и вдруг оказываемся слишком близко. Его взгляд прорывается внутрь меня, мой взгляд не перестает искать в его лице знакомых черт и эмоций , я вновь хочу увидеть того парня, что обнимал меня и накрывал пледом. Но я не вижу его. – Какое тебе дело, куда я пойду?
- Мне все равно , куда ты пойдешь …– Он врет. Я чувствую. Его глаза путешествуют по моему лицу, кадык дрогает. Он молчит некоторое время и шепчет. – Это просто глупо.
- Глупо ненавидеть церкви и все, что с ними связано, а потом встречаться с дочерью пастора. Вот что глупо, Мэтт. Глупо говорить мне о какой-то мизерной опасности, едва ли существующей, а потом наслаждаться жизнью с религиозной фанатичкой, которая вполне возможно представляет угрозу.
- Джил представляет угрозу? – Мэттью едва не сталкивается со мной лицом. Не хочу с ним ссориться. Это отдается по всему моему телу оглушающим громом. Э то неприятно, глупо. Но я ничего не могу с собой поделать. Парень вдруг отстраняется и качает головой в такт моему дикому сердцебиению. – Ты не понимаешь, что говоришь. И знаешь, хватит. Я не собираюсь и дальше спорить. – Он отворачивается. – Идиотский разговор.
- Согласна.
- Отлично.
- Замечательно.
- Впервые мы на чем-то сошлись.
- Просто божий промысел, – язвлю я, поднимаясь со скамейки.
- Значит, потренируемся послезавтра? – Вдруг подает голос Хэйдан и растерянно на нас глядит, поджав суховатые губы. Я грузно выдыхаю, а Мэтт вновь подвигает к себе эти тупые конспекты, которые, по-моему, срослись уже с его руками.
Недовольно пожимаю плечами и отрезаю:
- Может быть.
- Может быть, – эхом повторяет Мэтт.
И я ухожу, как самый настоящий неуравновешенный и психованный подросток , у которого отняли нечто важное и дорогое. Я знаю, что выгляжу глупо, знаю, что не должна вести себя так, словно у меня проблемы с рассудком. Но мне обидно, черт возьми. Мне не приходилось испытывать ничего подобного.
Н еожиданно перспектива быть убитой фон Страттен или же пастором Хью на пару с шерифом кажется мне вполне радужной. Уж лучше пусть меня задушат руки врагов, чем я дышать перестану по вине близкого человека. А я не могу дышать.
Не могу дышать вплоть до дома.
Я все проворачиваю и проворачиваю наши слова, вспоминанию наши взгляды. Меня от злости аж распирает, еще от обиды и странного страха. Я не помню, чтобы ссорилась с друзьями. Показатель ли это того, что им было на меня плевать? Или же мы просто круто понимали друг друга? А, может, Мэтт мне вовсе не друг? Вряд ли ты обижаешься на друга за то, что он не обнимает тебя и не увозит на сказочном единороге в страну грез.
Я вваливаюсь в коттедж и бездумно плетусь на кухню. На ходу стягиваю кроссовки. Бросаю сумку. Падаю на стул и порывисто складываю на руках голову, выдохнувшись. Не помню, когда в последний раз меня так изматывали разговоры с людьми.
- Плохой день? – Вдруг спрашивает Норин, и, вздрогнув, я выпрямляюсь.
- Черт, – со свистом выдыхаю, – я не заметила тебя.
- Прости.
Тетя тушит сигарету, выбрасывает окурок в урну и садится напротив. Если честно, я не хочу рассказывать о том, что меня гложет. Но, в то же время, горю желанием закричать на весь коттедж и разбудить уже этих вековых призраков. Может, в прошлом столетии не было так сложно общаться с парнями?
- Что случилось? Люцифер?
- Хуже. – Норин удивленно вскидывает ровные брови, а я усмехаюсь. – Парни.
- О, – тетушка откидывается назад и криво улыбается, будто тут же поняла, в чем же собственно дело. – Это, действительно, гораздо хуже.
- Глупости. Знаю, сейчас это неважно. Но я не понимаю, точнее, понимаю, но…
