Мэтт в голос усмехается, а я помахиваю ему рукой и замечаю, как он взъерошивает угольные волосы. Наверно, приятно пройтись пальцами по его волосам. Интересно, Джил так делает, когда сидит с ним рядом, когда целует его?
Я покрываюсь красными пятнами и резко отворачиваюсь. О, Господи. Что за мысли? Я спятила. Встряхиваю головой и зажмуриваюсь: прекрати, Ари. Возьми себя в руки. Но у меня вдруг вспыхивает странное чувство в груди, будто взять себя в руки будет совсем не просто. Мэтт – невероятный зануда , но иногда он глядит так, что дыхание перехватывает, и с этим, черт возьми, сложно поспорить.
Я приподнимаю подбородок и неожиданно замечаю на трибунах женщину. Она мнет в пальцах край джинс , смотрит куда-то вдаль и выглядит расстроенной. Может, она здесь работает? Странно. На трибунах нет никого, кроме нее.
Я хочу подойти ближе, потому что лицо ее мне кажется знакомым, однако внезапно передо мной вырастает тренер Хокингс с толстой, широкой шеей и соколиными глазами.
- Блэк! Ты пришла прохлаждаться? Воздухом свежим подышать?
- Нет, я не…, – смотрю на трибуны, но внезапно понимаю, что женщины там больше нет. Наверно, в очередной раз схожу с ума. Перевожу взгляд на тренера. – Простите.
- Пэмроу! Сюда, живо.
Неожиданно к нам подходит худая, красивая брюнетка с раскосами глазами. На меня она даже не смотрит, впяливает деловой взгляд в Хокингс.
- Да, тренер?
- Покажи Блэк, где она должна стоять.
- Хорошо, тренер.
- Ты отвечаешь за нее, ясно? Программу вместе разучите. Услышали обе?
Я киваю, а брюнетка в очередной раз отрезает:
- Хорошо, тренер.
Ну, ее и надрессировали… Как цербера. Я почему-то сразу чувствую, что мы с ней не подружимся. Хокингс отходит в сторону, а мисс-само-очарование переводит дыхание.
- У вас здесь все серьезно, да? – Я искренне – почти – улыбаюсь и слежу за тем, как брюнетка переводит на меня пустой взгляд. Я так смотрю на людей, когда хочу их убить.
- Ты говорила с Логаном Чендлером. – Вдруг отрезает девушка, я хлопаю ресницами и гляжу на нее так, будто сейчас разревусь от досады. Пожалуйста, лучше просто молчи, я искренне хочу, чтобы эта брюнетка проглотила язык. Но она его не проглатывает. Кто бы сомневался. Она приближается ко мне и шепчет, – лучше не говори с ним больше.
- Я буду говорить с тем, с кем посчитаю нужным.
- Тогда мы все очень расстроимся, когда ты случайно наложишь на себя руки.
Она одаряет меня милой улыбкой и уходит, а я смотрю ей в след и думаю о том, как правильно, порой, выдирать идиоткам волосы , возможно, тогда они заинтересуются своим внешним видом, а не моей жизнью.
Протяжно выдыхаю и расправляю плечи. Я и не думала, что мне здесь понравится. В сотый раз стискиваю в кулаки пальцы – боже, у меня уже сводит от этого руки – и плетусь за фигуристой брюнеткой к остальным девушкам. Пэмроу останавливается, порывисто поставив на пояс подтянутые, загорелые руки , и переводит на меня хитрый взгляд. Стойка у нее, как у солдата. Плечи расправлены, спина прямая.
Она пугает и восхищает одновременно.
- Познакомьтесь, это Ариадна Монфор. – Говорит девушка, растянув губы в улыбке, и я помахиваю ладонью.
- Блэк.
- Без разницы.
Меня принимают абсолютным молчанием. Девушки настороженно глядят на меня, а мне хочется удрать как можно дальше. Но я упрямо стою на месте. Пусть не надеются.
- Она заменит Стейси.
- Очень круто, что мне не нужно представляться.
- Да, о тебе уже все наслышаны. – Пэмроу касается тонкими пальцами креста на шее, и я скептически скидываю брови. Вот же черт, она еще и набожная. Может, тут вообще не гимнастикой занимаются, а читают псалмы? – Ты была когда-нибудь в группе поддержки?
- Нет. Я выступала за команду школы на соревнованиях по спортивной гимнастике.
- Какой вид?
- Вольные упражнения.
- И стойку на руках умеешь делать?
- Легче простого.
- К руги Деласала-Томаса ?
- Без проблем.
- Сальто вперед? – Пэмроу идет на меня.
- И даже назад.
- Маховое сальто на девяносто градусов и полный переворот на вытяжку?
- Можно попробовать.
- Бланш, винт?
- М огу даже зависнуть в воздухе ради тебя, Солдат. – Я дергаю уголками губ, а она застывает передо мной и выдавливает нечто, напоминающее улыбку. – Я занималась пять лет. Если ты думаешь, что мне по силам только стойка на лопатках, ты ошибаешься.
- Покажешь?
- Говори.
Пэмроу задумчиво прикусывает губу и пожимает плечами.
- Хм, сальто вперед через стойку на руках, боковой переворот на девяносто градусов, маховое сальто через стойку на руках и полный переворот на вытяжку.
Вскидываю брови: она хочет моей смерти? Однако волнения не показываю. Теперь пути назад нет, и даже то, как мне дорог мой позвоночник, роли не играет.
Глубоко вдыхаю, разминаю шею и сгибаю колени. Не помню, когда в последний раз нормально тренировалась, но я уверена, что у меня все получится. В конце концов, хотя бы что-то у меня должно получиться в новой школе, верно?
Девушки расходятся, испуганно вылупив на меня глаза. Я слышу их шепот, который пробирается мне под кожу, и воспламеняюсь, словно факел.
Как же все осточертело.
Набираю в легкие больше воздуха, разбегаюсь и отталкиваюсь ногами от земли.
