Сидя сейчас в поместье в ожидании Салазара, он ощутил, что его вновь охватывает то же чувство, что и при встрече с грабителем, — смесь злости и мести. Но это чувство теперь было куда более сильным. Вторжение в свою квартиру он воспринял как некое грубое оскорбление, а похищение Кэролайн казалось Тому осквернением всего самого святого в его жизни.
Антонио Салазар, частный банкир в третьем поколении из Нью-Йорка, даже отдаленно не мог себе представить, в какое дело ввязался.
Джулио Роблес открыл глаза, но ничего не увидел, поскольку вокруг стояла тьма. Сначала он не мог вспомнить, где находится, не говоря уже о том, как попал в это место. Его тело болело так, что он едва мог дышать. Потом, очень медленно, когда он попытался идентифицировать окружающую обстановку в темноте безлунной ночи, пришло осознание того, что предшествовало его нынешнему положению.
Он двигался на своей машине в сторону виллы Моралеса, а за спиной у него сидел молчаливый суровый индеец. Добравшись до места, они проехали ворота, которые открыли вооруженные охранники, после чего Джулио увидел большой красивый дом. Здесь машина и остановилась. К ней подошел еще один индеец, который назвал того, что сидел в машине, по имени — Тупак — и сказал, что дон Карлос сейчас занят. Затем оба индейца еще немного поговорили на незнакомом Роблесу языке. Джулио находился на расстоянии пятидесяти метров от виллы, на террасе которой сидели на садовых стульях с витыми спинками два человека. Джулио сразу узнал их. Это были Моралес и Шпеер.
Индейцы приказали Роблесу выйти из машины и отконвоировали его к стоявшему неподалеку джипу. Там ему наручниками сковали за спиной руки и обмотали вокруг головы кусок плотной материи, лишив способности видеть. Потом Джулио втолкнули в машину, которая сразу же тронулась с места. Роблес сидел рядом с водителем, второй же индеец расположился за спиной у пленника, чтобы тот не лелеял пустых мыслей о побеге. Они пробыли в пути около получаса, но Роблес мог сказать с уверенностью только то, что они ехали не по шоссе, так как джип все время бросало из стороны в сторону, хотя он двигался на небольшой скорости. Кроме того, у Роблеса возникло чувство, что они поднимаются в горы, поскольку воздух стал холоднее, а ветер принес влажный запах джунглей.
Когда они достигли места назначения и остановились, Роблес услышал голоса множества людей, после чего чьи-то сильные руки вытащили его из машины и швырнули на холодную влажную землю. В следующее мгновение он ощутил пронзительную боль: чей-то тяжелый ботинок ударил его по почкам. Потом удары посыпались со всех сторон, и он потерял сознание. Через некоторое время Джулио пришел в себя от лившейся на лицо холодной воды и вновь услышал голоса. Окружавшие его люди насмехались над ним.
Потом кто-то схватил Роблеса за ноги. Вероятно, два человека, судя по скорости, с какой его тащили. Послышался скрип открывавшейся двери; Джулио поморщился от боли, так как его протащили через порог и дверной проем с грубо оструганными краями. После этого его снова начали избивать, и он лишился сознания во второй раз.
Когда Джулио окончательно пришел в себя, выяснилось, что повязка, закрывавшая его лицо, сползла и он вновь обрел способность ориентироваться. Впрочем, вокруг было темно, а до его слуха не доносилось ничего, кроме лесных шорохов и гудения тропических насекомых. Кроме того, он остался в наручниках, к которым прибавились еще и ножные кандалы, сковывавшие его щиколотки. Он хотел было приподняться, чтобы взглянуть на ноги, но испытал внезапный приступ удушья, как если бы кто-то схватил его за горло. Скоро Джулио понял, что шею ему сдавливает веревочная петля, конец которой привязан к толстому бревну, и малейшее движение с его стороны сразу же затрудняет дыхание. Сделав еще несколько безуспешных попыток хоть как-то облегчить свое положение, Джулио без сил откинулся на спину и стал широко открытым ртом ловить прохладный влажный воздух джунглей.
Неужели это конец и ему придется встретить свою смерть в убогой хижине среди джунглей? Но где и когда он допустил ошибку?
Ромуальдес, разумеется, его возвращения не ждал. Роблес понял это по его реакции. По мнению мэра, он находился за границей. Тем не менее, когда он сел в машину, его уже поджидал там индеец из шайки Моралеса. Более того, индеец почти наверняка сидел в машине, когда они с мэром разговаривали. Как такое могло статься? Какую ошибку он, агент ДЕА, допустил, позволив врагу проникнуть сквозь его столь тщательно продуманное и оберегаемое прикрытие? Увы, ответить на этот вопрос он пока не мог. А утром откроется дверь и в хижину войдет Моралес. Джулио хотелось верить, что тот убьет его быстро и без мучений, но он сильно в этом сомневался. За цивилизованной и даже лощеной внешностью колумбийца скрывался очень опасный человек, ничуть не менее жестокий и мстительный, чем другие наркобароны.
