— Так вот, зачем я вам понадобилась? — произнесла она с любопытством, почти лениво, сложив пальцы и положив на них подбородок. — Чтобы использовать в очередной подставе?
Мастер улыбнулся ещё шире, словно наслаждаясь её возмущением.
— Именно, — ответил он с почти театральной интонацией, словно наслаждаясь моментом. — Ваша кондитерская была идеальной декорацией, чтобы скрыть мои планы. Только представьте, как поэтично: приветливая кондитерша оказывается искусной зельеваршей, скрывающейся от королевских властей. Красиво, прозаично! Даже сам король не смог бы вас отыскать, а вот мне это удалось, — в его голосе звучала самодовольная нотка. — Но теперь, когда вы знаете правду… боюсь, для вас всё это дело закончится не слишком счастливо. Уходить уже некуда, Габриэлла.
С трудом удерживаясь от того, чтобы не вскочить с места, Габриэлла почувствовала, как всё внутри неё кипит. Она, конечно, подозревала, что её спокойная жизнь в Кельне может не быть столь безопасной, но не думала, что станет пешкой в чьих-то руках.
Даже Ариан не знал, что король разыскивает Габриэллу, а этот мерзкий маг, отравивший, по меньшей мере, одного человека, прекрасно осведомлён. Вот почему нельзя оставить в покое одну одинокую девушку с кондитерской? Её ведь, по-хорошему, только булочки и зелья интересуют, но нет — её умудряются найти даже те, кто по всем законам магии и логики должны были бы об этом не знать.
отпила, как ни в чём не бывало, глоток за глотком. Она казалась расслабленной, но на самом деле давно всё подготовила. Её взгляд был спокойным, а движения — невозмутимыми, хотя внутри бурлила напряжённая готовность. Когда Мастер, не скрывая торжествующего удовлетворения, пригубил вино, она почувствовала лёгкое облегчение: сработало.
Зелье, которое она приготовила специально для этой встречи, уже скрывалось в их бокалах. Ещё до того, как Мастер подошёл к её столику, Габриэлла незаметно подлила зелье в бутылку, стоящую перед ней. Этой формуле требовалось какое-то время, чтобы “раскрыться”, поэтому вино вместе с зельем ей пришлось наливать и себе. Риск был велик — ведь оно лишало магической силы их обоих. Но это был единственный способ уравнять шансы.
Она видела, как с каждым глотком уверенность в его глазах медленно меркнет, а сила, подпитывающая его магию, словно испарялась. Его взгляд начинал тускнеть, движения теряли прежнюю энергию, и перед ней оставался всего лишь мужчина, лишённый своего основного оружия. А уж с мужчиной, лишённым магии, она справится.
Её руки оставались неподвижными, взгляд — сосредоточенным. Габриэлла была готова к тому, что произойдёт дальше, чувствуя, как напряжение медленно сгущается вокруг.
И вот в ту же секунду маг с изумлением взглянул на свои пальцы, словно чувствуя, как из них уходит сила. Его глаза сузились.
— Что ты сделала? — прошипел он, и в его голосе впервые прозвучала угроза.
— Лишь слегка усложнила вам жизнь, — кокетливо ответила она, не сдержав ухмылку.
Их взгляды встретились, как мечи. Этой формулой зелья Габриэлла не успела поделиться ни с кем — ее отправили на границу до того, как она отдала наработки. И кто бы мог подумать, что спустя столько лет они ей пригодятся.
Мастер, несмотря на потерю магической силы, с угрозой поднялся, но тут же в зале появился Ариан Баррингтон. Он резко шагнул вперёд, и их взгляды встретились. В этот момент зал ресторана зашумел — гости начали замечать что-то странное. Офицеры Баррингтона вставали один за другим и начали эвакуировать людей из ресторана.
Поднялся шквал голосов. Это была немая дуэль — битва за доминирование. Ариан не дал Мастеру и мгновения.
— Габриэлла, в сторону, — коротко бросил Ариан, и его голос, полный уверенности и непоколебимой силы, на миг пронзил её сквозь нарастающее напряжение.
Она не стала испытывать судьбу: в одно мгновение отступила, убираясь с линии огня, прежде чем поток силы снёс бы её вместе со столиком. Ариан был не единственный, кто пришел с подкреплением. Однако подкрепление Мастера вскоре наткнулось на ещё один непреодолимый заслон — офицеров Баррингтона, которые, подобно хищникам, бесшумно появились за его спиной.
Мастер, несмотря на то, что его силы ослабли из-за подмешанного зелья, сумел достать из рукава один из своих артефактов — массивное кольцо с тёмным камнем, который вспыхнул ярким фиолетовым светом. Его руки были ослаблены, но глаза, наполненные яростью, прожигали Баррингтона насквозь. Он пробормотал заклинание, и вокруг его тела появилась тёмная аура, скрывая его движения и превращая каждый жест в нечто зловещее.
Габриэлла плохо разбиралась в артефактах, но даже её поверхностные знания были достаточны, чтобы заметить: такие штучки не достать легальным путём. Она ощущала исходящую от них мощь — мощь, позволяющую магу с практически пустым резервом использовать заклинания высшего порядка. Это явно было что-то из запрещённого, то, что обходило стороной любые законы магии.
Если бы этот мерзкий маг был на пике своей силы, то сюда потребовалась бы не просто команда Баррингтона, а целая гвардия.
