В глазах Кейда вспыхивает ярость. Могу поспорить, если бы я обернулась, Нико ухмылялся бы.
Я не пыталась рассердить Кейда, я просто хотела отвлечь Нико, от того что ему бы наговорил Кейд в роли брата-защитника.
— Ты не хочешь, чтобы я трахалась посреди двора? — я широко раскидываю руки, охватывая все вокруг. — Без проблем. Я рада найди уединенное место, чтобы потрахаться. Обнаженная задница Фанга не возбуждает.
Я собираюсь уйти, зная, что Нико последует за мной, но Кейд хватает меня за руку. Не больно, я могу вырваться на свободу. Или, по крайней мере, могла бы, но у меня нет такой возможности.
— Убери руку, или я ее сломаю, — говорит Нико ледяным, стальным тоном.
Нико не двигается ни на дюйм, и это в тысячу раз страшнее, чем если бы он впал в ярость. Температура воздуха вокруг нас, кажется, резко падает, а угроза, исходящая из каждой клеточки его тела, достаточно устрашающа, чтобы заставить большинство мужчин обделаться.
— Хватит, — рявкаю я, выдергивая руку из захвата Кейда. — В ту минуту, когда мне понадобится, чтобы ты сказал мне, что делать, — говорю я, глядя на него, — или мне нужна будет твоя помощь, чтобы противостоять кому-нибудь, — я обращаю взгляд на Нико, — я обязательно дам тебе знать.
Я иду через двор и вхожу в здание клуба, не обращая внимания на окружающую обстановку, потому что я чертовски уверена, что не в настроении смотреть, как сын Рэйзора, Смоки, пьет с голого тела девушки на барной стойке.
Я врываюсь в комнату Фанга и резко разворачиваюсь, чтобы захлопнуть за собой дверь. Но останавливаюсь, увидев Нико, всего в двух шагах позади меня. Он был так молчалив, что я не заметила, как он следовал за мной.
— Ладно, Нико. Насчет того, что там произошло, Кейд не… — начинаю я мямлить неловкие извинения от имени Кейда, но Нико захлопывает дверь, хватает меня за бедра и одним быстрым движением прижимает к двери.
Прежде чем мой мозг успевает полностью осознать происходящее, его губы оказываются на моих, жесткие и жадные.
Поцелуй слишком спокойное слово для описания того, как он берет и пожирает меня, словно голодный человек, а я его пища.
Он прижимается ко мне еще сильнее, толкая твердую длину своего члена к моему животу. Кажется, каждый сенсорный рецептор в моем теле срабатывает одновременно, погружая меня в наводнение возбуждения, горячего и густого, и все это разжигает огонь, пылающий внизу.
Я хватаюсь за него, впиваясь пальцами в широкие и мускулистые плечи. Слишком давно я не испытывала подобных ощущений, этой первобытной потребности прикасаться, брать. Трахаться. И никогда в моей взрослой жизни такого не было с таким мужчиной, как Нико. Я всегда была осторожна, выбирая любовников, которые были «разумным выбором», например, бухгалтеров или стоматологов. Не беззаконных мужчин, у которых сексуальная энергия сочится из пор.
Он прерывает поцелуй, и его губы скользят по моей челюсти к шее. Я чувствую легкое прикосновение его зубов, когда он прокладывает путь к впадине моего горла, заставляя меня задыхаться.
— Что ты делаешь, Нико?
Он смеется.
— Дай мне десять секунд, и я покажу тебе.
— Нико, ты собираешься…
— Трахнуть тебя? Да, Софи. Прямо сейчас. Есть возражения?
Я облизываю губы и качаю головой: нет.
Он скользит одной рукой от моего бедра к заднице, прижимая к себе невероятно близко. Другой рукой поднимается вверх, под край моей майки. Трение от подушечек его пальцев настолько приятно, что ощущение передается по линии, которая, кажется, соединена прямо с моей киской, вызывая у меня боль и дрожь.
— Нико, — стону я, когда его пальцы поднимаются выше, касаясь выпуклости моей груди. Мои соски такие твердые, что болят. Я выгибаю спину, чтобы дать ему лучший доступ, желая, чтобы он ущипнул и потянул за них.
Вместо этого он, выпрямляясь, отстраняется и тянется к подолу моей майки, но я быстрее, стягиваю ее с плеч и позволяю ей упасть на талию. Когда Нико видит, как я расстегиваю переднюю застежку лифчика, отступает на пару шагов, его горящие глаза прикованы к моему торсу. К тому времени, как я его снимаю, его куртка и футболка уже лежат на полу, и он обнажен до пояса.
— О Боже, посмотри на себя, Нико, — выдыхаю я.
Моя киска пульсирует, когда я его рассматриваю. Какие мышцы. Широкие плечи, выпуклые бицепсы, очерченные грудные мышцы, украшенные готическими татуировками, и пресс с кубиками. На его левом плече пластырь поверх небольшой повязки — возможно, недавняя травма — которая ничуть не умаляет его красоты. Этот мужчина чертовски идеален. Будто его вырезали боги.
— Я лучше посмотрю на тебя,
