Его глаза темные и полны страсти, когда он подходит ко мне. Он подхватывает топ с моей талии и стягивает через голову, затем отбрасывает куда-то за спину.
— Боже, женщина, ты становишься все прекраснее и прекраснее, — восхищенно произносит он, обводя пальцами рисунок, украшающий мое тело. Тату в виде цветущей лозы, которая начинается с внешней стороны левого бедра и поднимается вверх по животу.
Его взгляд переходит на мою грудь. Вожделение в его глазах заставляет меня сжать бедра. Честно говоря, за всю свою жизнь я никогда не чувствовала на себе такого взгляда. Раньше мои соски немного болели, но теперь они покалывают и пульсируют, как будто у них свой собственный разум.
Не в силах больше терпеть, я подхожу к нему, обвивая руками его шею и притягивая к себе. Я прижимаюсь губами к его губам, в то время как моя свободная рука скользит по его торсу, исследуя рельефные мышцы, которые, возможно, лучшее, что я когда-либо чувствовала под пальцами.
Через несколько мгновений Нико перехватывает инициативу в поцелуе, его рука погружается в мои волосы, наклоняя голову под нужным углом, а другой рукой он обхватывает грудь. Шероховатость его ладони заставляет меня стонать и посылает новые волны жара к киске.
Когда он зажимает сосок между пальцами и слегка сжимает, я стону ему в губы. Теперь уже не струйки жара, а горячая, густая расплавленная лава течет во мне, заставляя насквозь промокшую киску сжиматься вокруг пустоты, умоляя заполнить ее.
Я тянусь к ширинке его джинсов, и он углубляет поцелуй, его язык исследует каждый уголок моего рта. Он на вкус как водка и… о боже, снова этот сладкий вкус. Карамель. Я хочу еще.
Ширинка поддается, и я запускаю руку внутрь. На нем боксеры, но я чувствую очертания его члена — длинный, толстый и такой твердый, что у меня текут слюнки. И есть кое-что еще. Два твердых, круглых кусочка, когда я провожу пальцами по кончику члена через боксеры.
Моя киска мгновенно становится влажнее, и волна возбуждения так быстро накрывает меня, что голова кружится.
Я снова и снова провожу пальцами по пирсингу, представляя, как эти кусочки металла будут скользить по моей точке G с каждым его движением. Если я стану еще мокрее, мне понадобятся еще одни джинсы, пока эти не высохнут.
Он прерывает поцелуй и отступает, обращая внимание на ширинку моих джинсов. И этот мужчина — мастер. Каким-то образом он умудряется снять их вместе с моими трусиками и высокими ботинками так быстро, что кажется, он установил рекорд.
И вот я совсем голая, в считанных секундах от того, чтобы его толстый член оказался внутри меня, но он замирает, снова оглядывая меня, как будто впервые видит обнаженную женщину.
—
Мое тело горит, но воздух вокруг нас кажется более густым, будто заряжен не только сексуальной энергией.
—
А потом я больше не могу думать, потому что Нико подхватывает меня на руки и бросает на кровать, следуя за мной. Он снова захватывает мои губы, но на этот раз не задерживается. Вместо этого он осыпает меня горячими поцелуями и покусываниями вдоль шеи и талии. Затем останавливается на моих сосках, даря мне то, о чем я мечтала, — сильное всасывание, за которым следуют нежные укусы, которые за считанные секунды превращают меня в стонущее извивающееся месиво.
Мои пальцы рефлекторно погружаются в его волосы, удерживая его прижатым ко мне, а мои бедра раздвигаются.
— Нико, пожалуйста, трахни меня, — шепчу я, забыв о всяком стыде.
Он поднимает голову и смотрит на меня, всю раскрасневшуюся и дрожащую, мои бедра вызывающе поднимаются в отчаянной мольбе об облегчении.
— Черт побери, София Лорен. Я никогда не видел ничего более сексуального, чем ты сейчас.
Мне нет дела до того, откуда он знает мое полное имя или почему он его использует. Кого сейчас вообще волнует что-то, кроме его большого красивого члена, который избавит меня от страданий.
Дыхание сбивается, когда его пальцы скользят по моим складочкам, а затем он погружает два толстых пальца глубоко в мою мокрую киску.
— Ах, черт!
Я дергаюсь и дрожу, когда ощущения взрывается в низу.
Внезапно комнату наполняет громкое жужжание. На мгновение мне показалось, что оно доносится изнутри меня, где я все еще беспомощно сжимаюсь вокруг его пальцев. Но затем Нико замирает и отодвигается. И я понимаю, что звук идет из его переднего кармана. Я извиваюсь, ожидая, что он проигнорирует звонок и ждет, пока вибрация прекратится. Она прекращается, но тут же начинается снова.
Невероятно, но Нико вынимает пальцы из меня и тянется за телефоном.
— Нико? — шиплю я, широко раскрыв глаза от недоумения и разочарования.
— Детка… прости, дай мне минуту, хорошо? Звонят по работе. Мне нужно ответить.
Он подносит телефон к уху и начинает лаять в него.
