— Они нашли его. — И тихо добавил: — Он мертв.
Моряки доставили труп на берег. Он лежал на дне лодки, укрытый клочком грязной парусины. Сесил схватил Лувейн за плечи и потянул назад. Инспектор Кокрилл подошел к лодке, поднял парусину и поглядел на неподвижную фигуру. Все увидели белую безжизненную руку с полускрюченными пальцами на борту лодки. Кокрилл наклонился, поднял руку и положил на бездыханную грудь, потом опустил парусину и вернулся к своим попутчикам. Хрипло и сухо он сказал: «Да. Мертв».
Фернандо, подталкиваемый плачущей мисс Трапп, растерянно спросил, нельзя ли еще что-нибудь сделать; может, искусственное дыхание?..
— Но он же хотел умереть! — резко сказал Кокрилл. — Почему вы хотите, чтобы ему вернули жизнь? — Он пошел к телу и позвал с собой Сесила. — Идемте, убедитесь сами, что не было никаких упущений.
Сесил без возражений последовал за инспектором, встал на колени возле тела, положил руку к сердцу утонувшего, просунув ее под мокрую одежду, потом поднес ладонь к его губам. Вернувшись к Лувейн, он сказал, не глядя на нее:
— Идите к себе. Больше ничего нельзя сделать. Пусть мисс Трапп вас проводит. — И тотчас крепко схватил ее за руку, ибо его слова заставили Лувейн вновь ринуться к лодке. — Не ходите туда. Если хотите сохранить память о нем, запомните его таким, каким видели раньше. Идите к себе. — Крепкая хватка подействовала: Лувейн повернулась и послушно поплелась обратно по длинной центральной лестнице меж цветущих садов, так, будто сердце и мозг ее уже умерли, а мышцы еще продолжали работать.
На пляже появился начальник полиции в сопровождении двух приспешников, одеяние которых поблескивало в свете поднимавшейся луны. Он быстро заговорил, и Фернандо стал переводить:
— Он говорит, инспектор, что тело они заберут. Миссис Родд они выпустят сегодня же, а утром мы все должны убраться отсюда. Все готово, места заказаны. Завтра вечером мы будем в Лондоне. Я поеду с вами, инспектор, мне нужно отчитаться перед своей фирмой. — И добавил с острым любопытством, на время затмившим сострадание: — А еще, инспектор, вы обещали нам все разъяснить. Осталось много мелких деталей…
— Хорошо, хорошо, — отозвался Кокрилл. — Вы все узнаете. Пока же нам надо связаться по телефону со Скотленд-Ярдом. Они пожелают всех нас допросить, и тогда вам все станет ясно. — Он крикнул мисс Трапп, следовавшей за шатавшейся от горя Лувейн по пологой лестнице: — Вы слышали? Миссис Родд отпустят сегодня же, а завтра на заре мы уплывем отсюда. Упаковывайте вещи!
Лувейн остановилась как вкопанная и повернула к ним побелевшее лицо.
— Нельзя уплывать до… до…
— Завтра мы уплывем отсюда, — повторил Кокрилл.
— Не я, — упрямо сказала Лули. — Я не оставлю его здесь…
— Вам незачем оставаться. Полиция займется делом и ничего вам не расскажет. Вы должны ехать с нами.
— Ничто не заставит меня его покинуть. Я останусь здесь!
Фернандо о чем-то спросил начальника полиции и перевел:
— Он говорит, что отпустит миссис Родд из тюрьмы сегодня, но лишь при условии, что завтра мы все покинем остров. — Он повторил: — Лишь при таком условии. Мы все.
Лувейн постояла минуту в нерешительности, потом отвернулась и стала подниматься по лестнице.
Сильно побледневший Фернандо тихо сказал Кокриллу:
— Херенте этого не говорил, инспектор. Он велел как можно скорее увести дам в отель. Он говорит… говорит, что ритуал похорон для преступников на Сан-Хуане… э-э… не очень…
— Не очень красив, — дополнил Кокрилл. — Ладно. Сейчас уйдем. — Он сделал знак начальнику полиции, а тот — своим людям. Те пригнулись и, кряхтя, взвалили длинное тело в парусиновом саване себе на плечи. Их ноги тихо зашаркали по песку в унисон с ленивым шелестом волн о берег. Начальник полиции подошел к своему «кровному брату», обнял его, смачно расцеловал в обе щеки, отодвинул от себя, обхватил себя руками за плечи и произнес длинную и страстную речь. На глаза ему навернулись слезы, он похлопал инспектора по обвисшим плечам загорелой лапище^ походившей на окорок, запеченный в коричневом сахаре, и, наконец, торжественно удалился. Его плащ развевался, сабля бряцала, круглая черная шляпа сверкала в лунном свете. Кокрилл смотрел вслед полицейским, пока те не скрылись из виду, а потом стал подниматься по длинной лестнице вместе с Фернандо и Сесилом. По дороге он спросил:
— К чему был этот темпераментный спектакль?
— Он просто прощался, — объяснил Фернандо.
— Уважаемые пассажиры, пристегните, пожалуйста, ремни! — объявила стюардесса. — Мы идем на посадку.
Им навстречу плыли зеленые поля, длинные и низкие ангары аэропорта с нетерпением ожидали, когда самолет в них врежется, а сам он так накренился, будто вознамерился непременно вонзиться в землю носом, опрокинуться и взорваться в языках пламени…
— Все, пожалуйста, проходите сюда, — сказала стюардесса и открыла дверь.
Наконец инспектор Кокрилл был в родной Англии.
Накануне им не без труда удалось дозвониться с острова до Скотленд-Ярда, и в лондонском аэропорту их встретили и по одному провели через вокзальную рутину.
