– Помнишь бой против Хаунда? Заклятие Раговенда. Оно бы убило тебя, если бы не мощный защитный артефакт. Такой, как клановый меч, поколениями служивший предкам. Это доказывает и алый огонь. Помнишь? Обычный цвет твоего оружия голубой, – Имсен кивнул на мою руку, – но тогда на поле я видел алый. А ты разве не знала, чем пользуешься?
Пропустила вопрос мимо ушей – у меня не было на него ответа. Голова кружилась. Это что же значит… Хен солгал, и на самом деле все это время Хранитель был со мной?
Резко выдохнув, вызвала меч. Он послушно откликнулся, обретая форму, привычный руке, сверкающий отраженным светом, с появившимся не так давно у самой рукояти узором в виде гибкой фигурки летящего дракона.
– Вот мой меч. Не знаю, что там случилось, но ты ошибся. Я же не могу одновременно владеть двумя.
Вместо ответа Имсен мягко провел рукой над клинком, не касаясь его, будто гладил. Отзываясь на его движение, вниз по лезвию пронеслась волна мерцающих голубых искорок.
– Не совсем так. – Парень внимательно всматривался в мое лицо. – Да, ты не можешь владеть несколькими мечами одновременно, меняя их в зависимости от ситуации. Но новый всегда вселяется в старый, и какое-то время они сосуществуют, пока не сольются. Твое оружие находится в промежуточной стадии. Если у тебя получится окончательно подчинить его, оно поменяет внешний вид.
Неверяще уставилась на руку. Слова Имсена открыли мне глаза. Я вспомнила тот домашний, родной покой, который ощутила на поле, необыкновенную и вместе с тем странно знакомую силу. Точно, что-то похожее я чувствовала полгода назад, когда сражалась за Хранителя с Хеном.
Меч потяжелел в руках, как тогда. Стал словно длиннее, по зеркальному лезвию побежали алые отблески. В лицо будто выдохнули с улыбкой: спокойнее, девочка, ты справишься. Еще не поверив окончательно, опасаясь обмануться, осторожно позвала – так, как привыкла с детства, приходя к Хранителю, как не позволяла себе ни звать, ни думать вот уже полгода, считая, что он навсегда потерян.
Нахлынули воспоминания: вот мне шесть, забравшись в священную нишу вопреки запретам родителей, я плачу, обняв камень, и рассказываю ему о своих детских горестях, о разбитом колене, о том, что братья смеются над тем, как неумело я держу меч.
Вот мне двенадцать, и мать впервые запретила тренироваться с братьями, и я снова прихожу к Хранителю, бурно жалуюсь ему, и постепенно на душу снисходит покой.
А вот семнадцать – и вместе с матерью мы опускаемся на колени, и я последний раз обращаюсь к Хранителю перед тем, как ехать в академию, и прошу, чтобы мне не пришлось идти учиться на «рыбачку». И ведь не пришлось. Словно Хранитель благоволил ко мне и сделал все, чтобы мое желание исполнилось.
И позаботился о том, чтобы Хен ушел ни с чем.
Все вокруг словно исчезло, стены растворились, стоящий напротив Имсен перестал существовать. Я будто медленно падала сквозь толщу воды, тонула – и приближалась к алому сердцу. Отклик пришел не сразу, а когда пришел, меня захлестнуло бурной рекой, накрыло с головой мучительным, разрывающим ощущением полноты. Я, кажется, вскрикнула, но проходившая сквозь меня сила не была враждебной. Она просто была неудержимой, и, когда все закончилось, я растворилась в блаженном отсутствии каких бы то ни было мыслей или чувств.
Сознание возвращалось медленно, собственное тело показалось тяжелым, как дедовский доспех, в который я залезла в пятилетнем возрасте.
– Эй, ты в порядке? – Имсен озабоченно всматривался в мое лицо.
То есть как всматривался – я фактически лежала у него на груди на виду у других студентов.
– Извини.
Смутилась и поспешно выпрямилась, и мир закружился перед глазами.
Варр придержал меня за плечо одной рукой, второй провел над головой. Тошнота тут же отступила, исчез придавливающий грудь невидимый валун.
Поблагодарив, отстранилась. Глянула на руки – пусто. Но теперь в словах Имсена у меня не было никаких сомнений. Хранитель действительно здесь, со мной.
– Не понимаю… Как так получилось?
– Оружие такого ранга само выбирает хозяина. И меч Сантерн выбрал тебя.
– А почему так долго таился?
Ведь целых полгода я и не подозревала об этом.
– Видимо, все это время ты была в безопасности, – пожал плечами целитель. – Наверное, он активировался, когда появилась угроза твоей жизни. Насколько я понимаю, он еще не полностью тебе подчиняется? Не беда, это ваш клановый меч, и у тебя большое преимущество. Тебе не нужно приручать его, как было бы с любым другим оружием.
Да, он прав. Дух захватило от открывающихся возможностей. Ведь Хен говорил, что это легендарный меч. С ним я стану действительно сильным бойцом. Не просто сильным – непобедимым.
И тут же стало страшно.
Хен охотился за этим оружием, потратил полгода на то, чтобы приручить меня, обмануть, проникнуть в наш дом. Создал из ничего новый род, подготовил все так, что до сих пор не удалось не только найти его самого, но и выцепить хотя бы ведущую к нему ниточку. И совсем недавно мне прислали записку от имени Хена – вызов на свидание, на котором меня пытались убить.
