Тётка пожилая, крупная, грубоватая женщина в квартиру не позвала, а побеседовать пригласила во дворе на лавочке. Она не добавила ничего нового, сказала только, что девушка поначалу устроилась работать на ткацкую фабрику, проработала там зиму, а потом вот объявление в газете нашла о том, что требуются молодые девушки для работы в отелях. Маша быстро оформила заграничный паспорт и отправилась на заработки в Турцию.
– А у Марии были здесь подруги? Может быть молодой человек?
– Может, и были, – сказала строго тётка, – только в дом я не разрешала никого приводить и позже одиннадцати возвращаться тоже. Предупредила, что дверь запру, и если опоздает, то пусть ночует, где хочет хоть на вокзале! У меня не забалуешь!
– А в какой газете она объявление нашла?
– Да мало ли, сейчас по объявлению можно танк купить, а уж предложений работы хоть отбавляй.
Захарченко слушал её и зло думал:
«Сарая моралистка… и тебе мешала эта девушка. Видать по одной половице заставляла ходить и куском хлеба попрекала! Вот и сбежала Маша хоть куда, только бы от вас подальше. И сидит сейчас со злобным выражением лица, слезинки не проронила, правой себя чувствует! Да кому ты нужна со своей правотой, карга безмозглая!»
Полицейский сухо попрощался, сел в машину и позвонил отцу Маши. Тот ответил скоро. Илья Ильич представился и сказал, что хочет с ним поговорить о его дочери. Мужчина ответил, что живёт в Москве, давно ждёт звонка и приедет, куда надо по первому требованию.
Захарченко уже не ожидал важной информации от отца, потому что тот давно не жил с семьёй, дистанцировался и не поддерживал никаких связей. Но Илья Ильич привык доводить все дела до конца, поэтому назначил время встречи в своём кабинете к вечеру другого дня и отправился в обратный путь, думая о своей непутёвой дочери, которую он хотел защитить, закрыть от нехороших людей и влияния, но не знал как. Всё время забирала работа. Но он пообещал себе, что в этом месяце обязательно проведёт с ней выходные, купит билеты в кино и даст денег на новые туфли.
Глава 8
Он даже не подозревал, что жить с русской под одной крышей будет так комфортно, уютно и даже весело. В квартире вкусно пахло едой, дочиста вымыт пол и даже он смог увидеть себя в зеркале, когда начал бриться. До этого оно было забрызгано неимоверно каплями зубной пасты, пеной для бритья и одеколоном. Ерин почти наугад и наощупь приводил себя в порядок. По утрам они пили кофе с бутербродами и разбегались по своим делам, вечерами ужинали, смотрели какой-нибудь фильм или футбол, если играла его любимая команда «Галатасарай». За ужином обсуждали последние новости, а потом она уходила в свою небольшую комнату, читала какую-нибудь книгу, загруженную в компьютер, и засыпала без задних ног. Работа спорилась, Иванова поднакопила денег, загорела, но приближалось время отъезда. Мысли о возвращении в Тамбов навевали тоску, на душе становилось тоскливо и грустно. Она представляла себе, что вернётся в пустую квартиру, будет проводить одинокие вечера, есть невкусную еду, потому что готовить для себя ей не нравилось. Ерин был дружелюбен, но не более того, а Ивановой хотелось ловить на себе его взгляд и понимать, что хоть чуть-чуть нравится ему.
Пару раз они ходили на море, плавали и лениво лежали на солнце. Ерин угощал её мороженым и покупал всякие турецкие сладости. Она невероятно нравилась ему искренностью, добротой, запахом волос и заразительным смехом. Но он не позволял себе сердечную слабость, во всяком случае, не сейчас, когда маньяк на свободе. Их положение виделось каким-то двойственным – он расследовал преступление, а она проходила свидетелем. Колесо поисков маньяка немного сбавило обороты и это настораживало. Пугало затишье. Каждое утро Исан с тревогой просматривал сводки происшествий и страшился наткнуться на известие о следующем убийстве. Ни одной толковой новой улики не появилось – ни отпечатков пальцев, ни точного описания внешности, никакой конкретной улики. Всё лишь примерно – рост, приблизительно размер ноги, вроде бы усы, очки… Всё ориентировочно! Точный только анализ крови! На маникюрных ножницах, которыми Иванова ранила убийцу, эксперты обнаружили кровь второй группы, резус положительный. Ерин безнадёжно усмехнулся:
«Это уже что-то! Осталось найти одного человека среди тридцати пяти процентов населения планеты, у которых самая распространённая, вторая группа крови, резус положительный!»
Полицейский вёл машину по оживлённым улицам города, когда зазвонил телефон. Он не любил отвлекаться от дороги.Только на звонок из отделения полиции он мог ответить, сидя за рулём, но он уже въезжал во двор управления. Телефон трезвонил настойчиво.
– Слушаю внимательно! – Ерин ловко парковал автомобиль, плечом зажимая трубку.
– Шеф мы нашли маньяка! – Феррат кричал в трубку громко и возбуждённо. – Пришёл ответ на мой запрос из Российского банка. Теперь мы знаем владельца карты, по которой оплачивались услуги последней проститутки!