– После того, как ваш сотрудник показывал снимки и разговаривал с девушками, которые э-э-э проживают в отеле «Вояж», кое-кто из них вспомнили, что пару раз видели мужчину с фотографии в компании с Лизой Смирновой, а некоторых он заказывал на ночь в отель «Каравансарай».
Несколько дней назад Ерин посылал Закарию в отель, где проживали убитые девушки – поговорить, показать снимок Петренко сотрудникам отеля: портье, горничным, официантам, и девушкам, которые не покладая тела своего трудились на ниве проституции. Толком Закария ничего не узнал, а вот сейчас перед полицейским стоял этот Карабас Барабас, которому его куклы всё-таки кое-что поведали.
– Садись, садись, – небрежно пригласил Ерин сутенёра, который продолжал стоять в услужливой позе, – продолжай.
– Месяца три назад одна девушка видела Лизу с этим мужчиной вместе в ресторане отеля. Она запомнила его, потому что какое-то время спустя она обслуживала этого парня с другой девицей в номере отеля «Каравансарай». Потом ещё две девушки рассказали о такой же встрече.
– Ну и что интересного в этом факте? Мужик пользуется услугами проституток и платит за работу деньги. – Ерин сделал вид, что эта информация не является новостью. Однако тот факт, что Смирнова и Петренко, оказывается, знали друг друга, очень заинтриговал.
– А странное в этом то, что мужчина, так сказать, не совсем традиционный.
– Ты хочешь сказать, что он гей? – напрямую спросил полицейский.
– Тут и непонятно, – с таинственным видом потёр руки Мустафа и придвинулся ближе к столу. – Он щедро оплачивал ночь с девушками, приглашал их в номер, да забыл сказать, девушек заказывал только русских. Они шумно кутили, пили всю ночь шампанское, дорогие ликёры, горлопанили песни и всё. Когда девушки пытались выполнить свою, так сказать, работу, парень отстранялся и посылал подружек по-русски на три буквы. А вот ещё одна рассказала, что видела этого мужчину в компании с красивым парнем. И причём, в компании очень тесной – они то ли обнимались, то ли целовались. А запомнила потому, что видела по телевизору этих двух геев в каком-то русском видеоклипе буквально два дня тому назад.
– Ты пришлёшь свидетельниц или повестку присылать? – по-деловому спросил Ерин, откладывая вилку и нож.
Мустафа замахал руками и торопливо сказал:
-Только не повестки, они завтра появятся в полиции!
– Пусть дежурному скажут, что идут к Феррату! Он будет их ждать. Да и пришли кого-нибудь, кто переведёт с русского языка на турецкий.
– Всё сделаю! До свиданья.
Раболепная фигура толстым задом попятилась к выходу из ресторана. Ерин даже не заметил, как тот удалился, потому что остался в глубокой задумчивости.
« Вот тебе раз! Значит Петренко и второй танцор с кордебалета «звезды» – парочка геев. Нужны только письменные показания свидетельниц!»
Он позвонил Феррату, предупредил о завтрашней встрече, а сам поехал собирать чемодан – утром он должен вылететь в Москву.
Без десяти минут десять Захарченко сидел в просторном уютном холле с дорогой, светлой мебелью в доме покойного Смирнова Александра Алексеевича. Он сам не знал, зачем пришёл, что может нового узнать и пригодится ли ему это знание. Уже выветрился запах лилий, через открытые окна лёгкий ветерок колыхал ажурные, цветастые занавески. Постепенно собралась небольшая, человек десять аудитория. Публика, которую пригласил нотариус Добродеев для оглашения завещания, рассаживалась в гостиной и негромко переговаривалась. Дело заняло не более двадцати минут. Все приглашённые примерно предполагали размер своих дарственных, но в свете новых обстоятельств могло многое измениться и наследники с напряжением слушали нотариуса. Только пожилая горничная, которая проработала в доме много лет, иногда всхлипывала, добрым словом вспоминая хозяина. Она долгое время преданно и честно служила Смирнову, за это и получила достойное, пожизненное содержание. Никто не расходился, потому что главной интригой являлось то, что главная наследница огромного состояния покоилась на кладбище рядом с дядей и кто станет счастливым обладателем миллионов, до последнего момента держалось в тайне. Наконец Добродеев объявил, что перед смертью Александр Алексеевич Смирнов продал свой бизнес и перевёл все средства на банковский счёт в одну европейскую страну. И нотариус может огласить, что в связи с преждевременной смертью прямой наследницы этот дом и все счета переходят к внебрачному сыну покойного – некоему Запашному Станиславу. В холле повисла тишина. Никто не предполагал, что очень одинокий Смирнов имел, помимо беспутной племянницы, столь близкого человека.
– Что это было? – подошёл с вопросом к нотариусу Захарченко, когда все разошлись. – И кто такой Запашный Станислав?