— У нас есть ещё надежда на слепки челюсти и анализ ДНК. А пока, — Эрсель подхватила со спинки стула свою куртку. — Не забываем, что у нас есть и другие дела, кроме этой ушастой.
— Ты сегодня за Лесли? — фыркнул Брайен.
— Именно, — холодно отозвалась она, выходя из кабинета.
***
Крупный пёс бросился было к Брайену, едва тот ступил за порог штаба, но натянутый поводок и резкий женский оклик сделали своё дело. Не поднимая головы и продолжая нашаривать в кармане сигарету, Брайен привычно пробурчал:
— Документы на собаку предъявите, пожалуйста.
— Лост, давай, стань большим и злым волком и съешь его.
Брайен, наконец, узнал голос хозяйки пса и поднял взгляд, чтобы убедиться в этом. Рыжая девушка тем временем доставала из кармана карточку-удостоверение, подтверждавшую, что её питомец не оборотень.
— Совсем мне не веришь? — улыбнулась она, протягивая документ Брайену. Тот отмахнулся, наконец поджёг сигарету и закурил. Пёс по-прежнему вертелся у ног хозяйки и отчаянно вилял хвостом, торопясь поздороваться со старым знакомым.
— Ют, прости, не признал поначалу, — извинился Брайен, потрепав Лоста по голове. — Марка ждёшь?
— Да, он сказал, что ему буквально на минутку, а потом мы сможем пообедать, — Юта пожала плечами, достала из кармана телефон и нервно посмотрела на время.
— Торопишься? — поинтересовался Брайен, решив, что потрепаться немного пока куришь — не грех.
— Встреча через час, интервью с главой местной группы активистов-борцов за права оборотней, Бетти Роджерс, слышал о такой?
— Сложно не слышать, когда она старательно гнобит КПО и всю нашу деятельность, — хмыкнул Брайен.
— Нет же! — реакция Юты была вполне ожидаема, ещё в школе их мнения по поводу того, как следует поступать с оборотнями, расходились. В конечном счёте ни Брайен, пошедший по пути охотника за ними, ни Юта, выбравшая более мирную профессию журналиста, от своих точек зрения не отступились. И споры, до того занимавшие целые переменки, теперь длились ещё дольше. — Послушал бы, она умные вещи говорит…
— Ты же знаешь, какие бы умные вещи она ни говорила, мне плевать. К Марку ты тоже с подобным пристаёшь?
— Нет, — замялась она. — Ты, и Марк… вас не переубедить. Вот только оборотни…
— Не сами сделали этот выбор, в этом их природа и они не могут её изменить. Я знаю. Даже больше тебя знаю, как это работает, как электромагнитное излучение луны в разных её фазах влияет на уровень лупина в крови, как он из панацеи от всех болезней становится ядом, а противоядие от него — человеческая плоть. Я знаю, — повторил Брайен. — Этими словами не утешить тех, чьи близкие были съедены волками. Этими словами не заставить людей покорно идти на убой каждое полнолуние.
— Вы видите всё только с одной… — Юта не закончила, взгляд её скользнул куда-то за спину Брайена, а пёс снова дёрнулся на поводке, стремясь поприветствовать своего второго хозяина. — Стороны… Марк! — она махнула рукой, приветствуя подошедшего.
— Пошли? — коротко спросил он, не глядя на Брайена. Юта кивнула и, коротко попрощавшись с бывшим одноклассником, зашагала прочь вместе с Марком.
Докуривая, Брайен смотрел им вслед, в который раз поражаясь тому, как сошлись эти совершенно разные люди — девушка, отрицающая насилие над оборотнями и верящая в то, что они с людьми смогут жить мирно, и мужчина, посвятивший жизнь охоте на волков. Забавно, что именно Юта была причиной прихода Марка в КПО. Брайен не знал всех подробностей той истории, но вроде как она нашла раненого Марка после одной из неудачных хантерских охот. Вызвала скорую, навещала в больнице, убедила пойти работать в КПО. За это Брайен был ей благодарен — Марк оказался действительно хорошим охотником, пусть и был крайне недружелюбен и молчалив.
Бросив окурок в ближайшую урну, мужчина сел в машину. У него действительно были ещё дела.
***
«Да, Бумажный Самолётик — это я. Чего тебе нужно?»
Натянутая струна внутри Брайена с тонким звоном лопнула, когда он открыл сообщение на экране мобильного. Конечно, эти слова ничего не значили и, вероятно, были ложью, но в тот момент он чувствовал себя псом, учуявшим запах дичи. Он жаждал действия, жаждал погони, жаждал охоты.
Брайен убрал телефон в карман, понимая, что сейчас не время и что зря он вообще полез читать сообщение, не имея возможности ответить мгновенно.
Его ждала другая охота, уже завершившаяся, но имевшая неожиданные последствия. Последствия, отделённые теперь от Брайена посеребрённой сеткой, делившей камеру для допросов напополам.
Но теперь Брайен знал, что с её уровнем лупина Котёнок вряд ли могла перекинуться добровольно. Значит, и опасна не была.
Скольким оперативникам подобные мысли однажды стоили жизни?
Рассматривая елозящую на стуле девчонку, Брайен вспоминал истории о том, как оборотни убивали сотрудников КПО, даже будучи заточёнными в изоляторах. При этом обычно умалчивалось, что люди сами заходили к ним в камеры поглумиться над пленниками. На казнь многих оборотней обычно вели сильно покалеченными.
Впрочем, бродяжка выглядела здоровой, даже здоровее, чем при их прошлой встрече. Но затравленность из её глаз не исчезла.
