Обычно я не ищу причину своих неудач в себе. Я не мог заставить Наташу смириться с собой таким, какой я есть. Что– то похожее на недоверие росло между нами и становилось все более ощутимым. Не мог понять, что чувствует женщина. Позволял Наташе мучить меня. Не следует искать подтверждение своей глупости.
Я притворялся спокойным. Не мог защититься от Наташи иначе. Не нужно искать смысл во всех признаниях женщины.
– Нам надо поговорить, – я попытался улыбнуться, но, как мне показалось, улыбка показалась неискренней.
– Нет.
– Почему?
– Нам не о чем говорить.
– Разве тебе нечего мне сказать? – Было бы глупо требовать от нее большего.
– Ты вдруг сознаешь – с изумлением, а, может, с ужасом, – что утратила способность любить. Постарайся понять, что со мной происходит.
Ей было сложно со мной. Не легче, чем мне с ней. Может быть, она боялась меня потерять.
У меня так стучало сердце, что я не мог ответить. К горлу подступил комок. Никогда со мной такого не было.
Не спрашивай – не услышишь в ответ лжи. Я делал то, что считал своим долгом, – по– честному. Я не чувствовал за собой никакой вины. Нет никакой вины. Наташа не сказала ничего, чему мне хотелось возразить. Соглашаться с любимой женщиной также просто, как с самим собой.
Невозможно думать о любви больше, чем думаю я. Мне ее не хватает. Отказать своим желаниям не получается. Желание любви невозможно скрыть от самого себя.
– Сделаем вид, что ничего не случилось? – спросила Наташа.
– Мы не понимаем друг друга, – я не хотел, чтобы в наших отношениях появилась пугающая меня определенность.
– Тебе следует перестать мучить себя, – не во всех женских просьбах есть смысл.
– Скажи, что ты хочешь еще.
– Я никогда не получала желаемое. Не получу и сейчас.
– Я тебя люблю.
– Не могу понять – почему.
– Мне очень хочется быть с тобой.
– Зачем?
– Просто так. Все в этом мире просто так. Мне от тебя ничего не надо.
– Ты сам себе противоречишь.
Я знал, что мне надо было ответить ей иначе. Поспешил с ответом. Не со всяким ответом следует спешить. Мне никогда не нравилось оправдываться перед Наташей.
– Ты ведешь себя, как клоун, – сказала она.
– Теперь я не буду клоуном.
– Тогда тебе будет нечего мне предложить, – она учила меня смотреть на самого себя со стороны.
– Я мешаю тебе? Да. Мешаю, – мне были не нужны ее признания, подтверждающие ее правоту.
– Я же стараюсь все тебе объяснить.
– Плевать я хотел на твои объяснения. Я уже не мальчик.
– Каждый мужчина словно старается разочаровать меня в самом себе.
– Это не я так с тобой поступаю, а ты со мной, – я просто подумал вслух, вот и все.
Наташа пожала плечами: какое это имеет значение?
Я уже больше не волновался, постарался забыть все непонятное и вопросов не задавал. Мне казалось, что я поступил очень умно. Радоваться каждому своему признанию невозможно. Не следовало воображать себя более влюбленным, чем я был влюблен в действительности. Я поклялся себе никогда ничего никому не объяснять. Рядом с Наташей я разочаровывался в себе.
Моя покорность была только снисхождением мужчины к прихоти женщины. Все, что она хотела сказать, лежало на поверхности, подтекста не было. Я позволял Наташе разоблачать мое притворство.
– Ты глуп, – сказала она.
– Я так не думаю.
– О себе ни у кого не получается думать плохо. Думай. Думай хоть немножко. И не только о себе. Я никогда не верила в искренность мужчин.
Наташе было невозможно запретить заблуждаться.
Я закрывал глаза. Затыкал уши. Очень хотелось быть любимым.
Я не понимал, что происходит. Почему– то я оказался наедине с незнакомой мне женщиной. Ждал, когда это ощущение закончится.
– Я никому не верю, – ее признания были мучительны для меня. – Иногда это неудобно. Мне кажется, что ты обманываешь меня. Научившись не доверять мужчине, любая женщина перестает сомневаться в своем уме.
– Наташа.
– Не надо слов. Их и так уже было много.
Рядом с Наташей я не мог остаться прежним. Каждая женщина старается изменить мужчину. Мне очень хотелось уличить ее в притворстве. Но, наверно, я был недостаточно упрям. Хотел перестать притворяться. Мне было очень сложно. Наташа разочаровывала меня реже, чем я разочаровывал себя сам.
– Слишком поздно, – сказала она. – Мы хорошо знаем, что слишком поздно.
– Я не знаю.
– Похоже, ты что– то не понял. Тебе следует думать хотя бы иногда.
– Наташа, не говори так, как будто ты меня ненавидишь, – я ее не понимал.
– Мне жаль, что я это сказала. Не следовало так говорить. Моя откровенность никогда не будет лестной для меня. Обычно каждая женщина скрывает от себя свои желания.
Ее голос доносился до меня как будто издалека, с огромного расстояния, которое невозможно преодолеть. Но мне все еще хотелось быть рядом с ней.
Я утаивал от Наташи больше, чем она скрывала от меня. Боялся ее. Мне следовало перестать убеждать себя в своей способности нравиться Наташе. Я не нравился себе.
Оказалось, что я разочаровывал ее своей уступчивостью. Презирать себя совсем не обязательно. Ждал и не понимал, что хотел дождаться. Женщины всегда играют. Но зачем же брать случайные роли?
