Вайолет негодующе нахмурилась, раздумывая над тем, зачем водителю хранить в бардачке алкоголь. Обнаружив внутри пачку сухих салфеток и серебристый прямоугольничек из стали, Вайолет провела пальцем по оттиску:
Моей гордости и опоре, самому любимому мальчику в его день совершеннолетия.
Ниже еще была эмблема, Вайолет зачарованно описала полный круг и подняла взгляд на юношу.
— Это от отца?
— От дяди.
Поджав губы и кивнув, Вайолет дернула дверную ручку, выпрыгнула из салона, обошла капот и точно также открыла дверь со стороны водителя настолько, насколько это позволяло пространство меж двух стен, отделанных белым сайдингом. На открытом воздухе было прохладно, ветерок обдувал лицо, приятно остужая. Пахло сваркой, креозотом и гудроном, которым пропитывают шпалы.
Открутив колпачок фляги Вайолет зашуршала пакетиком, доставая салфетку, затем кинула упаковку через Тейта на свое сидение, зажала салфетку между зубами, схватила руку юноши и, удерживая ее на весу над влажной травой, принялась обильно поливать травмированную кожу. Тейт зажмурился, откинувшись на подголовник, и сжал челюсти, процеживая воздух. Коричневатая жидкость стекала по пальцам вперемешку с окровавленными ошметками кожи. Вайолет обескураженно глядела то на юношу, то на кисть его руки. И как можно ухитриться так содрать кожу в обычном салоне авто? Вот уж действительно, дудки все это со штампованными сценариями, где герои выходят из передряг с легким слоем пыли на лице.
Обработав раны, Вайолет передала флягу Тейту, затем развернула салфетку, снова складывая ее в узкий прямоугольник, пропитала и ту виски, заново передавая флягу пострадавшему, наложила ее поверх костяшек и, приказав не двигаться, потянулась к своей курточке. Тейт заметно заинтересовался, следя за тем, как ее пальчики возятся с большими пуговицами.
— Думаешь, если покажешь грудь, то мне станет лучше?
— Ой, замолкни!
Улыбаясь, Тейт тихо засмеялся. Вайолет облизнула губы. Даже в такой ситуации он найдет тему для шуток. Откинув вельветовый край, Вайолет замерла.
— У тебя есть нож?
-? — с недоуменным выражением лица Тейт подался подбородком вперед.
— Да, Тейт, устройство для нарезки овощей.
Юноша нахмурился и повел головой в сторону бардачка меж сидений.
— Я бы достал, да руки заняты, — приподнял тот правую руку с флягой. Вайолет сдула волоски, мешавшие обзору, и, оперевшись о нагретое место рядом с ногой юноши, откинула крышку бардачка, через несколько секунд чувствуя на коже холодный пластик швейцарского складного ножа. Неуклюже достав большое лезвие, Вайолет оттянула край безразмерной рубашки в мелкую клетку небесно-голубого цвета и проткнула ткань сантиметра на четыре выше самого низа. Материя нехотя поддалась, расходясь по ниткам. Остальную часть подола Вайолет оторвала вручную, и вот с ладони уже свисала длинная хлопковая лента.
— Сгодится, — пробурчала девушка, убирая лезвие.
Бумажный платок, вымоченная в виски, служила чем-то вроде марлевой салфетки. Обмотав лоскуток ткани вокруг кисти под большим пальцем Вайолет завязала маленький бантик.
— Не особо красиво, зато противозаразно, — закончила девушка. Тейт улыбнулся и непроизвольно потер большим пальцем кусочек материи.
— Не стоило рвать свою рубашку ради меня…
Вайолет отмахнулась.
— Рубашка не моя. Нашла в горе постиранных вещей в замке.
Тейт рассмеялся. Холодный ветер задувал под разорванные края, Вайолет поспешила укутаться обратно в свою куртку. И пока она возилась с пуговицами, не глядя шагая до своего места рядом с водительским, Тейт слегка заторможенно осматривал свою перевязанную кисть: пальцы до сих пор мокрые, из-под драной ткани торчали края разбухшей салфетки, а воздух пропитался едким запахом алкоголя и грязи. Вайолет напоминала безумного ученого: подлатала своего Франкенштейна со спокойным выражением лица, поправила одежду, вернулась на свое сидение, невозмутимо порассовывала инструменты по тем местам, какие запомнила, и откинулась на спинку, одарив «пациента» легкой миловидной улыбкой, которая могла бы означать две совершенно противоположные вещи: «Да, ты поправишься, и в этом, несомненно, моя заслуга» или «Нет, к сожалению, твоя симпатичная мордашка меня отвлекла, и диагноз весьма плачевен»
— Хей, — блондин прищурился, заелозив на сидении, — у тебя ссадина на лбу.
Вайолет нахмурилась и запустила подушечки пальцев под все еще влажные корни волос.
-Ауч, — наморщила нос та.
— Саднит?
Вайолет кивнула. Тейт облизнул губы и утер лоб, дабы смахнуть собственные мешающиеся пряди рукавом свитера. Юноша беглым взглядом окинул салон, нашел открытую пачку сухих салфеток, зажал упаковку меж двух пальцев перевязанной руки, вытащив один платочек зубами, и точно также пропитал салфетку остатками алкоголя во фляге.
— Ты что затеял? — отпрянула та, когда Тейт действительно поднес смоченную салфетку к ее лицу. Позади — захлопнутая дверь, и некуда бежать. Тейт вскинул брови.
