А Форд тем временем продолжал движение по пути, не предоставленному взору Вайолет. Она лишь верила, всем сердцем держалась за надежду, что сюрприз ей хоть немного понравится…
***
Вся дорога заняла несколько минут. Когда машина затормозила, Вайолет абсолютно потеряла всякую связь с внешним миром и даже почувствовала, что засыпает. Темная ткань как-то не оставляла особого выбора.
— Можно снять?
— Еще нет.
Распахнулась дверца со стороны водителя, и послышалась “I Wanna Be Sedated”, звучащая будто бы из какого-то подвала.
От нервного перевозбуждения Вайолет даже передернуло. Под шарфом чесался нос, и девушка терла кожу костяшками пальцев. Открылась дверца, и Вайолет почувствовала прикосновение к своей руке.
— Давай, я держу, — Тейт помог ей выбраться из салона.
По мере приближения музыка слышалась все отчетливее, и Вайолет все больше боялась, что Тейт привел ее в какой-нибудь клуб, которые она не переносила на дух. Подобные места у нее ассоциировались с огромными нью-йоркскими очередями разукрашенных малолеток, жаждущих прикоснуться к своим кумирам.
Тейт держал ее под руку, Вайолет делала медленные очень смешные шажки и, даже несмотря на присутствие поддержки, пыталась вытянуть руки, дабы не наткнуться на столб или стену. Юноша тихо посмеивался.
Распахнулись скрипящие двери, и Вайолет поняла, что они на месте. Громкость песни достигла своего апогея, со всех сторон слышалась какая-то возня и шепот, и поэтому за попытками опознать место на слух девушка не сразу почувствовала, что Тейт возится с узелком на концах шарфа. Когда повязка слетела с глаз, Вайолет сперва оглушили возгласы “С днем рождения!”. Ослепленная светом, она потерла глаза подушечками пальцев, и только после смогла оглядеться. Это был паб, а судя по широко улыбавшемуся Полу за барной стойкой, то не просто паб, а паб Лэнгдонов. Столы были сдвинуты в противоположном от барной стойки конце, и посетители делились на тех, кто сидел у самого входа и тех, кто обступил столы, стоявшие чуть дальше. Те, что были на ногах, в основном представляли собой молодежь, и они-то как раз и скандировали фразу поздравления, затем бурно захлопали и засвистели. Звенели пивные бокалы, и фоном надрывали голоса Ramones. Вайолет обомлела и замерла на проходе, не зная, как реагировать. Десятки захмелевших пар глаз сканировали ее с ног до головы, и Вайолет чувствовала, как пылают щеки и грудь. Тейт собрал все чертово юное население города? Вайолет покосилась на юношу.
Блондин светился улыбкой, придерживая девушку за спину.
— Не ожидала? С днем рождения, — ласково произнес тот.
С нервной улыбкой и горящими от восторга глазами Вайолет обводила взглядом помещение, от переизбытка адреналина подмечая совсем не важные в этот момент вещи: длинные просевшие полки с бутылками алкоголя, деревянные столбы с фотокарточками и картонками, темные стены с обилием рыбных снастей, марок пива, фотографиями в рамах, бейсбольными кепками разных команд, фраз на ирландском и портретами английских особ, деревянные балки, испещрявшие потолок, с гирляндами из флажков — в общем, весь интерьер увеселительного заведения.
— Ты ведь никогда не была на нормальной вечеринке, — пояснил Тейт, видя замешательство и скованность девушки.
Вайолет приоткрыла рот, желая что-то выдавить. Тейт засмеялся и, взяв ее ладонь, потянул девушку в гущу событий.
***
Club Des Belugas — Mambo Italiano
Алкоголь только и успевал разливаться по стаканам. В помещении стоял сильный запах солода, томатов и дерева. В некоторых местах подошва прилипала к полу из-за разлитого пива. Освещения, казалось, и вовсе не было. Подсвечивались лишь полки над барной стойкой, да приглушенно горели несколько светильников под потолочными балками. У Тейта оказалось очень много знакомых. В основном — бывшие школьные приятели. Большая часть тратила калории на танцполе между барной стойкой и столами, но были и те, кто просто выпивали и болтали. Были даже простые посетители паба, единственной потребностью которых было залить в себя что-нибудь не похожее на чай, для которых Пол заблаговременно разместил табличку у входа “Подростковая вечеринка. Вход свободен если Вас не смущает громкая музыка и разношерстная компания”. Тревис, простаивая у ноутбука у дальнего конца барной стойки, отвечал за музыкальное сопровождение, параллельно общаясь с блондиночкой, которую Вайолет помнила еще с первого похода в ресторан с четой Лэнгдонов в день прилета.
