По вечерним пробкам центра города «скорой» было бы никак не успеть, если бы только машина к тому времени уже не подъехала к гостинице на противоположной стороне реки, вызванная на фальшивый теракт. Однако фельдшер, увозивший Влада, на вопрос Соболева о том, выживет ли он, с сомнением поморщился.
– Особо не надейтесь. Хотя… если мы его довезем…
Больше он ничего не стал говорить и захлопнул дверцы. Снова взвыла сирена, и машина отправилась обратно на проспект, пробиваться в противоположном направлении.
Юля, конечно, порывалась поехать в больницу с Владом, но Соболев не пустил, а у нее не хватило сил настоять. Игорь закутал ее в свою куртку и на руках отнес в машину, поскольку у нее не было обуви. Соболев велел отвезти ее в отделение, которое находилось совсем рядом. Ему нужны были показания, потому что при осмотре этажа вызванные им на подмогу коллеги нашли место проведения ритуала, но никаких следов того, кто его проводил. Осмотр здания продолжался, принадлежащая Артему Федорову машина – одна из его машин – оставалась припаркована рядом с законсервированной стройкой, но он сам словно в воздухе растворился. На данный момент Юля была единственным свидетелем, способным рассказать, что произошло.
Соболев заварил чай покрепче, бросил в кружку сразу три чайные ложки сахара и размешал, прежде чем сунуть напиток девушке в руки. В этот раз она не стала отказываться: обхватила кружку все еще подрагивающими пальцами, согреваясь. Бедная. Должно быть, замерзла сильнее, чем он мог себе представить.
– Как все было, расскажи, пожалуйста, – мягко попросил Соболев, заняв свое место за столом.
Неотрывно глядя на клубящийся над поверхностью чая пар, Юля едва заметно пожала плечами.
– Я думала, пришел курьер с пиццей, – заговорила вяло, словно во сне. Голос ее звучал немного хрипло. – Вышла в коридор, а там меня схватили, зажали рот. Потом я отключилась. Пришла в себя уже в Портале…
Она говорила ровно, монотонно, в ее тоне не было слышно никаких эмоций. Может быть, из-за препарата, которым ее накачали. Или шока. Лишь когда в рассказе появился Влад, она заметно заволновалась.
– Я думала, он далеко. Артем убедил его лечь в какую-то клинику, и он поехал в аэропорт…
Что-то снова царапнуло Соболеву мозг, и он впервые перебил ее, поинтересовавшись:
– В который? Шереметьево?
Юля снова пожала плечами.
– Не знаю. Я даже не знаю, куда он должен был улететь. Он и сам не знал, даже когда собирал вещи. Мы поссорились из-за этого.
– Из-за того, что он не сказал тебе, куда летит?
– Из-за того, что он сам не знал. Мне показалось это безрассудным: вот так срываться, куда-то лететь, ложиться на операцию, ничего не зная, не взвешивая «за» и «против». Влад говорил, что операция может его убить.
– Какая операция?
– По удалению образования, которое мешает ему видеть… Не знаю, правда ли все это. Теперь я понимаю, что Артем просто велел ему уехать, когда Влад вспомнил, что это он тогда убил людей в гостинице. Влад послушался.
– Но вернулся, когда понял, что Артем хочет убить тебя.
Юля пожала плечами в третий раз, хотя это было произнесено как утверждение, а не как вопрос.
– Ты его видела? – уточнил Соболев осторожно. – Видела лицо Артема Федорова, когда он пытался тебя убить?
На этот раз она уверенно кивнула и наконец сделала один маленький осторожный глоток из кружки. Ее голос после этого сразу окреп.
– Он снял капюшон. И даже объяснил, почему решил убить именно меня.
– И почему же?
– Я была недостаточно почтительна с ним, – усмехнулась Юля. – Он этого не выносит.
– Понятно. И что случилось потом?
– Я ненадолго отключилась, а когда снова пришла в себя, вокруг было уже темно. Влад и Артем боролись в темноте. И… м-м-м… мои руки и ноги были уже свободны, поэтому я смогла встать. Я хотела помочь Владу, но ничего не видела. А потом…
Она тяжело сглотнула, ее голос снова стал шершавым.
– Потом Влад охнул, и борьба прекратилась. Артем достал зажигалку и выдал свое местоположение. Я ударила его по голове обломком какого-то камня. Помогла Владу подняться. Думала, мы успеем убежать, но…
Юля замолчала и снова поднесла к губам чашку. Соболев не стал требовать подробностей, все и так было понятно: далеко Влад не ушел, рухнул в коридоре, а Юля не захотела его оставить. Там они с Игорем их и нашли. Оставался лишь один вопрос, самый важный.
– Куда делся Артем Федоров?
Соболев сверлил девушку взглядом, но ее глаза словно приклеились к кружке, которую она сжимала в руках. Она знала ответ на его вопрос, но почему-то медлила с рассказом, как будто чего-то боялась.
– Что бы там ни произошло, ты можешь рассказать, – все тем же мягким, дружелюбным тоном заверил Соболев. – Тебе нечего бояться. Мы должны знать, стоит ли нам опасаться Артема Федорова.
Юля покачала головой.
– Не думаю. Он спустился вниз на лифте.
– Юля… Там нет лифта. Шахты пусты. И даже если бы был… Там нет электричества.
– Я знаю. Но лифт приехал, и она его туда как-то заманила.
– Кто она?
