– La vita è bella, gioia mia![13] – произнёс он с жутким акцентом. – Не списывай себя со счетов. Можно тебя спросить кое о чём?
– О моём сексуальном опыте?
Он кивнул, угрюмо вытирая со стола каплю сметаны:
– Можешь не отвечать, если тебе неприятно. Мне, если честно, противно даже думать об этом.
– Весь мой опыт состоит из насилия, которое надо мной совершили, Артём.
– Ты же говорила, что встречалась…
– И рассталась через два месяца, потому что не могла с ним спать. Не волнуйся за него, он быстро нашёл мне замену. Подозреваю, что сделал он это ещё до нашего расставания. Что поделать, мужчинам нужен секс. Почему ты так смотришь на меня?
– В нашем знакомстве есть что-то мистическое. Неправда, что противоположности притягиваются. В отношениях как раз наоборот, чем больше общего, тем надёжнее. Нас сблизили трагедии, которые мы пережили… до конца или нет, не имеет значения.
– В твоей теории много пробелов. При знакомстве я ничего о тебе не знала, – напомнила Вика.
Он накрыл крышкой контейнер, вытер губы полотенцем и пересел к ней.
– От тебя за версту разит сексуальностью, Вика. Мы оба знаем, с какими мыслями на тебя смотрят мужчины на улице. Я не стану лукавить, что существенно от них отличаюсь. Но за красивой фигурой и потрясающе красивой внешностью я вижу озорную девчонку, прекрасную мать, верную жену. Да, вначале я соблазнился на твоё тело. А полюбил, когда ты открылась мне. Я понимаю цену ошибки. Без качеств, которые у тебя есть, ты была бы для меня очередной куклой в витрине тщеславия. Мы бы даже не заметили друг друга. Ты бы искала выгодную партию, а я человека, с которым можно не бояться предательства.
– Не перестаю удивляться твоей зрелости.
– Это заслуга родителей. – Он подумал об отце, бросившем мать в самый тяжёлый момент её пока тлеющей жизни, и замолчал. Люди не всегда сами следуют тому, чему учат других.
– Ты наелся? – мягко сменила она тему разговора. Джефф сопел от поглаживаний, уткнувшись мордой в одеяло.
– Оставил тебе половину. – Он приобнял её за плечи. – Твоя забота важна для меня. Всё ещё не могу поверить, что ты пришла.
– Провести ночь с тобой или спать одной? У меня не было выбора! – Вика взяла тетрадь, на обложке которой красовалась цитата Марка Твена «Давайте полагать, что мы все безумны – это многое объяснит и позволит разрешить много проблем». – Помочь тебе готовиться?
– В мою смену от скуки никто не умрёт, – заявил он. – Давай лучше пройдёмся по школе.
– А можно?
– Я это проделываю трижды за дежурство. Шляться по коридорам – развлечение так себе, согласен, но предложить больше особо нечего. До конца смены девять неполных часов. Сидеть тут нам надоест максимум через два.
– Джефф останется здесь?
– Оставим дверь открытой, чтобы он мог нас найти по голосам или звуку шагов, если проснётся.
На пару часов Артём перевоплотился в экскурсовода. Делился деталями работы охранника, водил Вику по незапертым классам, читал по памяти «Бородино» со сцены в столовой, исполнял на бис чечётку. Туфли с жёсткой подошвой отменно стучали на деревянном полу. Она рукоплескала, посылая ему из «зрительного зала» воздушные поцелуи.
Половину времени они провели в спортзале, бросая в корзину мяч. Он научил её играть в «тридцать три». Она в свою очередь показала, как правильно прыгать на скакалке, раскрыв один из секретов своей стройности. После полуночи они вернулись в каморку, предварительно умывшись холодной водой в туалетной комнате первого этажа.
– Можно я ненадолго прилягу? – Вика украдкой зевнула. Активный день истощил запасы её энергии. Артём в быстром режиме закончил прокрутку записи с камер за период их отсутствия. Переложил Джеффа в ноги, расправил одеяло.
– То есть ты не против, если я доем котлеты, пока ты спишь?
Она звонко рассмеялась:
– Я не усну! А котлеты я для тебя принесла.
Тепло постепенно покидало помещение, он достал из шкафа телогрейку, заслоняя собой плакат с обнажённой фотомоделью.
– Укройся, если замёрзнешь.
– Спасибо. – Вика скинула обувь, забралась на кровать, легла на бок. – А ты не хочешь прилечь?
– Испытываешь мою выдержку?
– Тебе надо отдохнуть, не отрицай. Просто полежи рядом со мной. Скелет из кабинета биологии никуда не денется.
– Почему бы и нет. – Артём отстегнул ремень с дубинкой, снял ботинки и неуклюже растянулся рядом. Их лица оказались на уровне глаз, кончики носов соприкасались.
– Ты скован. – Неспешное дыхание Вики говорило, по меньшей мере, о внешней спокойности. О себе Артём такого сказать не мог.
– Надо куда-то пристроить руки. Есть идеи?
– Можем сыграть в горячо-холодно, – предложила она.
Он откинул Викины волосы за ухо, дотронулся до прикрытых губ. Затем поцеловал их.
– Это разминка, – пояснил он свои действия.
– Тепло, – шепнула она.
Пальцы заскользили по шее, обогнули плечо, медленно спустились вниз, едва прикасаясь к футболке. Вика закрыла глаза, прерывисто дыша. Артём мягко массировал твёрдые выпуклости через ткань одежды. Вика издавала сдавленные стоны, дрожа от исступления.
– Вика?
– Очень тепло.
– Ты ув…
