Ночами же стояла тёплая сентябрьская погода. И плыли медленно над городом, его окрестностями густые облака, курчавые, а то и рваные, как призраки. В просветах между ними то появлялся, то исчезал красавец месяц. С Днепра тянул прохладный ветерок. В Чёртовом овраге громко стрекотали цикады. На берегу же Рачевки в кустах с чего-то щёлкали соловьи: звонко, дерзко, как весной.
И вот в одну из таких ночек к Аврамиевским воротам крепости тихо подобрался отряд жолнеров, не менее полусотни человек. Как тени скользили они и замирали, когда между облаков появлялся месяц и становилось светло.
Впереди группы смельчаков бесшумно двигался рослый малый, сжимая в руках палаш. Это был Варфоломей Новодворский, кавалер Мальтийского ордена, охотник до рисковых предприятий. К тому же он был любимчиком короля, который поручал ему вот такие опасные дела.
Смельчаки подошли к воротам, затаились, прислушались к тому, что делается в крепости.
Но наверху, на башне и стенах, всё было тихо.
Варфоломей подал знак жолнерам, чтобы тащили следом за ним петарду, и скрылся между нагромождённых у ворот срубов.
В узком проходе, сыром и холодном, едко пахло плесенью и нечистотами.
За ним туда же протиснулись трое жолнеров, сопя под тяжестью ноши. Прислоняя к срубу петарду, они не удержали толстую дубовую доску. Она соскользнула с бревна, упала, сшибла их с ног, и в тесном пространстве будто громыхнул горный обвал…
У Варфоломея от страха зашлось сердце. Он замер, ожидая, что вот-вот со стены раздастся окрик стражников и весь его замысел сразу же рухнет… Но нет, кажется, пронесло…
– Вставай!.. – зашипел он на жолнеров. – Давай сюда, сюда! – приказал он, нашарив в темноте стык ворот.
Повозившись, жолнеры плотно прижали к воротам медную болванку, начинённую порохом и закреплённую на толстой дубовой доске.
– А теперь быстро – назад! – отпихнул их Варфоломей от ворот и запалил фитиль.
Порох затрещал и слабо осветил мрачную, как подземелье, нишу.
Варфоломей выждал несколько секунд, чтобы фитиль разгорелся, метнулся за сруб вслед за жолнерами, прижался к брёвнам и замер.
У ворот мощно бухнуло, и между срубов прокатилась ударная волна, хлестанула по лицу жаром и вонючей пороховой гарью.
– За мной! – крикнул Варфоломей и первым ринулся к дымящемуся пролому.
Суматошно толкаясь в тесном пространстве, за ним последовал весь его отряд. Они проскочили внутрь крепости и заняли оборону у ворот, готовые отстаивать их до подхода венгерских пехотинцев с капитаном Марком.
Азарт и удачный захват ворот подмывали Варфоломея немедленно кинуться дальше, на казавшийся беззащитным город. И он с трудом удержал себя от этого безрассудного соблазна.
Снова застрекотали, и с удвоенной силой, замолчавшие было после взрыва цикады.
Время тянулось медленно, ужасно медленно. Варфоломей начал нервничать, не слыша за воротами обычного шума при подходе большой массы воинов. С каждой минутой уплывало преимущество от внезапности приступа.
«Дождались!» – с раздражением подумал он, когда на стенах в переполохе забегали стражники.
А вот зашевелилась и вся крепость, как растревоженный улей. Среди изб замелькали огоньки – к башне бежали с факелами люди. У ворот они наткнулись на выстрелы жолнеров и рассыпались в стороны. Но оттуда подходили всё новые и новые огоньки, их становилось всё больше и больше… Началась беспорядочная стрельба, наугад, по воротам…
У Варфоломея над головой засвистели пули, зацокали о кирпичные стены и башню.
Жолнеры отвечали вяло, для острастки, чтобы сдержать защитников и сэкономить боезапас.
Варфоломей понял, что русские опасаются подходить близко, не зная силу его отряда. Однако их пули всё-таки изредка достигали цели: в темноте то тут, то там раздавались вскрики раненых.
– А ну, сбегай, узнай, где там этот венгерский сукин сын! – приказал он поручику.
Тот вернулся быстро, упал рядом с ним на землю и прохрипел:
– Там пусто! Чёрт с ним! Надо отходить, не то перебьют!
От злости Варфоломей выругался. Он понял, что его подставили.
– Давай отводи людей! – приказал он поручику.
В это время защитники крепости стали сжимать кольцо. Не дожидаясь их атаки, жолнеры отошли к воротам. Тут на них сзади накатились осадчики, послышались воинственные крики, зазвенели сабли, и в темноте завязалась драка…
Жолнеры перевели дух только тогда, когда снова оказались в Чёртовом овраге.
Здесь Варфоломей сделал привал и оглядел свой отряд. Из полусотни отборных воинов двое были убиты, более десятка ранено. Остальные были подавлены позорным бегством из крепости и стояли, опустив головы.
Тут на верху оврага послышался шум, и вниз посыпались люди.
К нему подскочил капитан Марк со своими венграми и напористо насел на него:
– Варфоломей, браток, как у тебя? Почему не подал сигнал-то?!
По его голосу он догадался, что тот боится отвечать перед королём за провал этого штурма. Боится за свою голову, которая непременно полетит, когда выяснят, чья в этом вина.
– Мерзавец! – накинулся он с клинком на капитана, готовый изрубить его. – Шкурник… королю донесу!
