Меня угостили кофе, мы покурили, начали складываться дружеские отношения. Оба администратора невзначай поглядывали на мои коленки и пытались, как мне показалось, мне понравиться. Вдруг одного из них вызвали по внутреннему к директору. Он быстро вернулся, сияя от счастья, будто он женится, а не я выхожу замуж.
– Ольга Иосифовна, все в порядке. Что значит Одесса, я понимаю, жемчужина у моря. Пожалуйста, любой день кроме субботы. В воскресенье предлагаем «Зеркальный». Все будет тип-топ.
Я согласна, меню даже не смотрела, все оставила на их усмотрение. Испросила лишь разрешения принести некоторые продукты с собой, которые из Одессы завезут. Хорошо, что с собой деньги были. Я, заплатив аванс, состроила ребятам глазки и рванула домой. Миша сначала повыступал, что я напрасно на воскресенье перенесла, но потом даже обрадовался, что так получилось.
– После загса приедем домой, накроем здесь поляну, посидим с родственниками и свидетелями. А на следующий день со всеми гостями оттянемся в ресторане.
Неожиданно отзвонилась Одесса. Сестра сообщила, что завтра они отправляются в Москву, но, к сожалению, без бабушки, она все напекла, а сама приболела, и мама, вероятнее всего, останется с ней. С моей базы привезут угощения прямо к поезду. Когда мы встретили этот злополучный двадцать третий, мой жених разразился диким скандалом, рвал и метал, как тогда, когда Лиля передала посылку для Сонечки. Два купе были забиты десятилитровыми новенькими бочатами с разными солениями и квашениями, а еще ящики с фруктами и овощами, коробки с дефицитами.
– Миша, успокойся, в Одессе так принято, – я пыталась утихомирить его, а Алла нежно поглаживала будущего родственника по голове.
– Но мы не в Одесе, а в Москве, еще подумают, что мы с голодного края.
– Никто ничего не подумает, успокойся. Все пойдет в дело, увидишь. Алла, где там штрудель? Мы тут конкурс решили устроить, у кого он вкуснее.
С трудом запихнули все это в «Жигули», но гостям пришлось ехать на метро, благо близко, третья остановка по старой ветке. К вечеру мы отправили их в гостиницу на стадион «Локомотив», это от дома тоже по прямой линии, а наутро уже встречали киевлян. Я в этом не участвовала, уже в восемь сидела в кресле в парикмахерской. Времени в обрез, в двенадцать расписываемся, а нас же строго предупредили, чтобы мы приехали заранее.
То, что мне отчебучила знаменитый московский мастер, не позволила бы себе даже мысленно произвести ни одна одесская ученица. Злая, я влетела в квартиру и стала буквально разрывать это воронье гнездо на собственной голове. Все стали давать мне ценные советы, а я продолжала рвать на себе залакированные железобетонно волосы. Как смогла, более-менее, уложила свои несчастные пряди.
И здесь меня порадовал и заставил забыть обо всех огорчениях симпатичный беленький юноша, новенький сотрудник в Мишином отделе спорта. Его звали Андрей. Где он умудрился достать в ледяной студеной Москве такие нежные белые розы на длинных стеблях. Такие мне обычно дарили в Одессе на мой день рождения, превращая и рабочий кабинет, и квартиру в цветочный магазин, торгующий только розами. Настолько все это было искренне, что я в восторге от неожиданного сюрприза крепко расцеловала парня, он засмущался, лицо его залилось краской. Андрей сказал, что эти розы прилетели сегодня утром из Европы, он сам в «Шереметьево» за ними сгонял.
По-детски светящиеся радостью глаза, по-юношески пухлые губы, и сам он от холода пританцовывающий, растирающий руки, прихваченные крепким морозом. Такой милашка. Такой подарок, это я понимаю. Такая редкость, когда на улице минус двадцать пять. Квартира уже заполнилась гостями. Мужчины двигали мебель, расставляли столы, женщины их накрывали, готовились к праздничному застолью. Руководство кухней захватила моя тетя Жанна, сменившая Мишину маму, которая практически все сама накануне приготовила. Сонечка теперь лишь руководила.
– Ставьте все на стол, Жанночка, все, все. Чтобы много и красиво было.
С кухни раздались крики:
– Миша, где бочата?
– Не знаю, не брал, не трогал, не видел. В квартире ничего не было, никаких бочат.
– Миша, ты что, на балкон все выставил? Оно же все перемерзло! Ты что, сказился? – орала Жанночка, покрывшись вся красными пятнами.
– Я все выбросил. На кой ляд это нужно? И без ваших солений всего хватает. Вон сколько всего Сонька наготовила. На неделю жрать хватит, не вылезая из-за стола.
