– Юра, пора ехать. Скажи молодым и гостям: пусть собираются.
Меня одну усадили в белую «Волгу», и мы поехали первыми. Когда еще выпадет такая честь – прокатиться по центру Москвы в машине ГАИ. Следом с ветерком катила на черных «Волгах» вся остальная компания. Дорога была свободна, в некоторых местах, чтобы пропустить нас, движение даже перекрывали. Когда подъезжали к загсу, машины выдали такой звуковой сигнал, что все прохожие обратили внимание на этот эскорт. Все были так возбуждены, что не заметили отсутствия самого главного виновника торжества. Миши нигде не было. Неужели третий сюрприз за полдня, он поехал на своих «Жигулях», не многовато ли?
По рации гаишники стали срочно разыскивать Мишину машину. Алка укоризненно посматривала на меня, действительно, глупейшая ситуация. К ней вернулось ее прежнее привычное настроение: видишь, сестрица, что тебя ждет, с идиотом связалась, ненормальный какой-то, сматывай удочки, пока не поздно. Да, отчебучил парень.
Неужели впопыхах его не дождались, пока он спустится на лифте, или поехал сам и его «жигуленок» отсекли от вереницы «Волг»? Все с нетерпением ждали сообщений и наконец радостно вздохнули: по рации передали: нашелся, сейчас в сопровождении доставят сюда. Меня била нервная дрожь, а жених, как ни в чем не бывало, весело рассказывал о своем приключении. Ему было забавно, зато нам грустно. Он уже закрывал дверь, как раздался звонок из «Праги» по поводу свадьбы, хотели уточнить количество народа. Выскочил на улицу – машины все уже уехали. Пришлось подняться за ключами и ехать в собственных «Жигулях», другого варианта не было.
– Я пытался выехать на Калининский проспект, но все было заблокировано, никого не пускали. Так и стоял со всеми, не рыпался. И вдруг ко мне подъезжают две машины с сиренами и мигалками, показывают, чтобы я следовал за ними. По самому центру Калининского проспекта ехал. Как Брежнев в Кремль.
Ну, слава богу! Все обошлось. Марш Мендельсона мы услышали вовремя. Всем понравился мой белый костюм. Поцелуи, поздравления, слезы радости, звон бокалов с шампанским, фотографирование. Обычная процедура, но когда тебе под тридцать и ты впервые выходишь замуж, все-таки щемит сердце и хочется дольше слушать и этот марш, и эту осеннюю мелодию любви.
На обратном пути ребята из ГАИ, кажется, превзошли сами себя. Как начали гудеть от Кутузовского загса, так и закончили в нашем переулке. Мишину машину вел кто-то из них, заметив, что у нее отлично работает движок. Угощаться дома они отказались, взяли с собой подарочным пайком, отдельно попросили бочонок с солеными арбузами и фаршированными солено-маринованными баклажанами. Такое они первый раз в жизни у нас попробовали, и им очень понравилось.
Дома все было по-семейному тепло и дружно, просто замечательно. Мой родной дядя Леонид Павлович своим кладезем анекдотов, смешных и забавных историй, которые он артистически рассказывал с одесским выражением лица, покорил всех. Это было незабываемо, подарок судьбы. В «Праге» зал «Зеркальный» блистал роскошью. Столы стояли буквой «П», нас с Мишей усадили в центре вместе со свидетелями. Белый костюмчик я сменила просто на вечерний наряд по моде того времени и ничем от остальных дам не отличалась. Многие гости были мне незнакомы. Они, не переставая, произносили тосты, будто старались поскорее довести себя до кондиции, и кричали «Горько!». Что делать, приходилось подчиняться. Чего-чего, а это пожелание трудящихся мы с удовольствием выполняли.
В перерыве в туалете одна из гостей дрожащей рукой водила помадой по своим пухлым губам, вымазав обе щеки, и что-то бормотала заплетающимся языком. Уставившись на меня, она еле выдавила из себя:
– Как вам нравится Мишкина невеста?
Я не поняла юмора. От такого щекотливого вопроса я едва, поскользнувшись, не упала. Поправляя волосы и глядя на себя в зеркало, ответила:
– Да вроде ничего барышня. Неплохо выглядит.
– Таких мымр и в Москве полно, зачем таскать из других мухосрансков.
Я бы, конечно, ответила, но сдержалась. Не тронь говно, вонять не будет, тем более в туалете. Откуда она взялась, кто ее притащил. Меня обняла жена Мишиного приятеля Севы Кукушкина, Наталья.
– Оленька, не обращай внимания. Обыкновенная женская зависть. Вы такая славная пара, Миша так счастлив. Мы с Севой так переживали, чтобы у вас все сложилось. Я сегодня так душу отвела, все соленые арбузы, думаю, одна съела.
– Ну и на здоровье. Заглядывайте к нам, дома еще есть.
Едва мы вернулись в зал, как приподнялась моя сестра.
«Сейчас обязательно какую-нибудь гадость сморозит», – подумала я. И правда не удержалась, громко и четко сказала, как отрубила:
– Я надеюсь, моя сестра Оля через месяц вернется домой! За твое благополучное возвращение, сестричка. Мы все тебя ждем в Одессе.
Камень за пазухой, оказывается, везла Аллочка на свадьбу единственной и так горячо любимой младшей сестре. Ну, спасибо. Сволочной все-таки характер у девушки: ни себе, ни людям. Или тоже завидует, как та бл…дь в туалете со своим комплиментом.
