Борттехник напряжённо застыл в дверном проёме. Талия его была охвачена ремнём пулемётчика, он прижался плечом к прикладу пулемёта М60, который был подвешен на толстых резиновых шнурах в нейлоновой оплётке, прикрепленных к фюзеляжу у потолка. Он всем весом своего тела вдавился в приклад, высунувшись из дверного проёма под углом 30 градусов, повиснув на этих шнурах и болтаясь как марионетка в воздушных струях от вертолётных лопастей.
Левой рукой морпех обхватил сверху короткий пластмассовый приклад тяжёлого чёрного пулемёта, прижавшись правой частью подбородка к костяшкам пальцев. Правая рука крепко держала пистолетную рукоятку, прижимая пулемёт к плечу и удерживая равновесие.
Лёгкий многоцелевой вертолёт зигзагами летел над хребтами, и время от времени его пытались обстрелять из-под деревьев из стрелкового оружия. При каждом нападении с земли пилот резко наклонял «Хьюи» на правый борт и начинал кружить над этим участком, при этом дверной проём наклонялся до такой степени, что пулемётчик уже лежал прямо над головами нападавших. В грохот лопастей вливался треск отрывистых частых очередей, которые выпускал морпех, осыпая джунгли и спрятавшегося в них врага красными трассирующими пулями.
Вертолёт плавно подошёл к земле и задрал нос кверху, становясь на полозья. С Хэткока спало напряжение, в котором он находился все сорок минут полёта. Разгребая ногами траву и грязь, он быстро пошёл прочь от рокочущей машины, подальше от посадочной площадки.
Как только трое морпехов отошли подальше, «Хьюи» оторвался от липкой земли. Слегка вздрогнув, вертолёт клюнул носом и унёсся вдаль, тут же пропав за деревьями.
Комендор-сержант Уилсон встретил троих снайперов на вершине холма и доложил капитану об остальных — все в добром здравии, каждый пополнил счёт убитых. Но больше всего Уилсону и ещё кое-кому из морпехов на наблюдательном посту хотелось поговорить о задании, с которого только что вернулись трое морпехов — о том самом особом задании.
Хэткок с Бэрком больше часа просидели на земляном полу снайперского КП в окружении любопытных морпехов, набившихся их послушать. Они рассказали о том, как был застрелен Француз, но так и не смогли ответить на самый главный вопрос: «За что? Почему шпиёны так хотели его убить?» Как бы там ни было, именно благодаря этому вопросу, на который не было ответа, этой непостижимой тайне, укрытой под завесой таинственности дел рыцарей плаща и кинжала, эта их вылазка превратилась в пикантную историю, вызывавшую горячий интерес. С того дня, когда они впервые рассказали её в блиндаже на высоте 263, она быстро разошлась, с каждым новым пересказом обрастая всё более захватывающими предположениями.
Время от времени Хэткок снова и снова задавался вопросом о том, что именно мог натворить тот Француз, или что он собирался сделать, из-за чего пришлось высылать снайперов на спецзадание, чтобы его убить. Капитан Лэнд знал немного больше со слов того занятного типа в тигровом камуфляже, который мельком упомянул о сбитых пилотах и допросах, проводимых Французом, но подтвердить его слова никто не мог, и поэтому Лэнд ни с кем не делился услышанным.
Операция «Рио-Бланко» продлилась ещё три дня, завершившись в 6 часов вечера 27 ноября 1966 года.
В результате совместных действий сил морской пехоты США, морской пехоты Республики Корея и Армии Республики Вьетнам противник потерял более пятисот человек убитыми, однако вьетконговцы и бойцы северовьетнамской армии продолжали то и дело появляться на берегах реки Трокхук. Несколько подразделений были оставлены на месте для зачистки района. Капитан Лэнд оставил им в помощь на высоте 263 четырёх снайперов под началом сержанта Хэткока.
Прошло совсем немного времени, и Хэткок уже не мог отвечать на все заявки. Изо дня в день он отправлял обе снайперские пары в патрули и на небольшие операции, отражая их деятельность в донесениях, которые составлял по большей части из записей в своей снайперской книжке и через день отправлял капитану Лэнду.
Поскольку сам Хэткок был пятым снайпером, он, невзирая на риск, ходил на задания в одиночку, беря на себя запросы, которые не могли удовлетворить другие.
Через десять дней постоянных выходов на патрулирование Хэткок заметил, как вымотались его морпехи. Они походили на зомби в мешковатых одеяниях, веки их постоянно слипались, закрывая глубоко запавшие, воспалённые от усталости глаза. И тогда он стал ходить в патрули вместо них, оставляя их отдохнуть на высоте.
Наступило 14 декабря. Хэткок стоял у входа в едва возвышающийся над землей, обложенный мешками с песком блиндаж, в котором на протяжении последних двадцати четырёх дней размещался штаб снайперов. Его бойцы стояли полукругом вокруг него, с вещмешками на плечах, с оружием, приставленным к ноге. Он отправлял своих четырёх морпехов домой, на высоту 55.
«Бэрк, скажешь капитану Лэнду, что я здесь ещё нужен. А вас я отправляю обратно потому, что вымотались вы до предела. Можете ошибиться на задании и погибнуть. Кроме того, Рождество на носу».
