— Конечно, — ответил морпех, протягивая Хэткоку открытую флягу, содержимое которое плеснуло через край. — Пора отмечаться[17]. Чарли злы как черти. После сегодняшнего им лишь бы вас достать.
Хэткоку стало не по себе, когда он услышал слова командира отделения: «Чарли злы как черти». Весь перелёт до высоты 55 он думал о том, что убийство этого генерала приведёт лишь к тому, что северные вьетнамцы и вьетконговцы начнут сражаться ещё ожесточённее.
Позднее он всегда вспоминал об этой работе со смешанными чувствами. В последовавшие недели потери американцев резко возросли, и он начал подозревать, что начальство совершило ошибку, решив отправить снайпера на это задание.
Когда Хэткок вышел из вертолёта, ступив на родную землю высоты 55, его встретили улыбки и приветственные крики морпехов. Бэрк, стоявший среди них, сказал: «Белое Перо не подкачал!»
Хэткок улыбнулся.
Гигант-капитан, который затащил Хэткока на это задание, так шлёпнул его по спине, что Карлосу стало страшно за состояние своего скелета. Увалень-морпех положил Хэткоку на плечо руку размером со сковородку и сказал: «Сынок, я чертовски рад, что ты вернулся живым и здоровым. Тут все за тебя молились. Мы все тут за тебя молились. Отличная работа!»
Шагая вверх по скату к своей хибаре, Хэткок почувствовал, что на него всё-таки наваливается безумная усталость, накопившаяся за время нахождения на задании. Ему страшно захотелось лечь и проспать несколько суток подряд. Но он сам установил для себя строгие правила. И поэтому, несмотря на то, что это задание было для него последним, и через несколько дней он должен был вылететь с высоты 55, вернуться в роту военной полиции и через Окинаву улететь в Мир, он этих правил не нарушил: прежде чем лечь спать, он вычистил винтовку и снаряжение.
Было несколько минут пополуночи, когда винтовой самолёт «Конвэр» зарулил на стоянку аэропорта города Нью-Берна в штате Северная Каролина. Карлос Хэткок — свежеиспечённый гражданский, днём ранее уволенный из рядов вооружённых сил в Кэмп-Пендлтоне, штат Калифорния, сидел один в хвостовой части самолёта и глядел в плексигласовое окно, пытаясь разглядеть в толпе встречающих Джо и Санни. С крыши здания аэропорта ярко светили прожекторы, и различить, кто есть кто, было непросто.
Весь долгий полёт он ни с кем не разговаривал. Карлос дождался, пока большая часть суетливой толпы пассажиров не выберется из салона через боковую дверь, вытащил из-под сиденья зелёную виниловую сумку с жёлтыми ручками и буквами USMC на боку и вышел из самолёта.
Входя в здание аэропорта, он увидел Джо с сыном на руках. Она улыбалась, радуясь тому, что муж её остался в живых, вернулся домой, и теперь они смогут зажить по-новому. Хэткок подхватил сына на руки, поцеловал жену. За эти несколько секунд никто не обратил на них внимания.
Он получил в багажном отделении брезентовый военный мешок и виниловый чемодан, и вышел из аэропорта. Его ждали скромный дом на Брей-авеню, обещанная работа электрика и новая, гражданская жизнь.
Прошёл почти месяц. Карлос Хэткок сидел рядом с Джо на крыльце их маленького каркасного дома, усадив сына на колено и качая его вверх-вниз, играя в лошадку. Он перебирал в памяти события последних дней. Уволившись с работы на четверг и пятницу, Карлос съездил в Кэмп-Леджен, чтобы посмотреть на соревнования по стрельбе из винтовки и пистолета, в которых участвовали морские пехотинцы Восточной группы. Там он встретил многих из своих товарищей, с которыми когда-то участвовал в соревнованиях в составе сборной команды морской пехоты. Он снова увидел ту сторону службы в морской пехоте, которую любил и по которой теперь скучал.
Те выходные, проведённые с друзьями, заронили в его душу зерно сомнения. За целые восемь лет он сроднился с морской пехотой, и сейчас, качая на колене смеющегося сына, он вспоминал о стрельбищах и духе товарищества, думал о соревнованиях и о том, что можно попробовать выиграть ещё один национальный чемпионат.
В тот вечер, когда Хэткок вернулся из Кэмп-Леджена со стрельбища Стоун-Бей, он сказал Джо, что успел соскучился по морской пехоте. И по его голосу она сразу поняла, что вряд ли он навсегда останется гражданским человеком, далёким от военных дел. Она знала очень хорошо, что Карлосу не нравится работать электриком, что давно уже каждый день он отправляется на работу со всё большей и большей неохотой.
— Во Вьетнаме было безопаснее, — сердито сказал Хэткок, рассказав Джо о том, как ему в голову едва не попала отвёртка, вылетевшая из руки одного из товарищей по работе, когда того ударило током. — Не нравится мне эта работа.
— И что ты хочешь сказать? — ответила Джо. — Что хочешь вернуться в морскую пехоту?
Он помолчал, глядя на качающегося вверх-вниз сына. От её ответа у него страшно сдавило грудь. «Всё не так уж плохо, — ответил он. — Буду участвовать в соревнованиях, тренировать стрелков. Во Вьетнам проситься я точно не стану».
