Я подошел к расселине. В ней, у входа в пещеру, стояли еще несколько человек, в том числе две женщины. Все они понимали по-английски, хотя с большей охотой говорили на суахили. В пещере виднелись лежанки из сучьев, покрытые высушенной травой. Кроме них, в жилище имелись большой глиняный горшок для приготовления пищи и пятилитровая пластмассовая емкость для воды.
Самым смелым и говорливым оказался старик Питер Нджороге, сообщивший, что ему 57 лет. Он сказал, что поселился в пещере 20 лет назад вместе с женой и двумя детьми. До этого жил в Гилгиле, но, когда нищета стала невыносимой, ушел в Утути. В 1997 году супруга скончалась, дочка вернулась в город и вышла замуж, туда же сбежал и сын. А Питер продолжал жить в пещере. Почему? Потому что здесь, хотя и трудно, а зачастую и голодно, но не так безнадежно, как в «том вашем мире».
– В Республике Утути – больше 200 граждан, – рассказал Питер. – Все мы братья и сестры. Мой сосед не может остаться голодным, когда у меня есть еда, а он, если что-то раздобыл, обязательно поделится со мной. Мы всегда поможем друг другу. У нас здесь больше десятка народов: гикую, календжин, кисии, луо, луя, покот, туркана… И мы не ссоримся, не воюем, как в том вашем мире. И нас с каждым годом становится все больше. Потому что рождаются дети, потому что к нам приходят люди, которым там, у вас, очень плохо.
По словам Питера, «республику» основали еще до обретения независимости, в 1950-е годы. Правительство знает о ее существовании, но старается не замечать. Ишмаел Челанга, бывший комиссар провинции Рифтовая Долина, однажды даже посетил Утути. Несколько раз администрация Накуру присылала продовольствие. Когда в Кении проходила всеобщая перепись населения, в пещеры заглянул чиновник и пересчитал по головам.
– Мы не препятствуем визитам представителей власти, – сказал Питер. – Но, кроме них, к себе никого не допускаем. А то повадятся всякие бандиты, угонщики скота и автомобилей, грабители. Мы не нарушаем законов и не хотим, чтобы нас принимали за уголовников.
У жителей Утути трудностей хватает.
– Вы думаете, мы здесь приятно проводим время? На самом деле мы живем хуже животных, – продолжал Питер. – Уже вторая половина дня, а мы еще ничего не ели. И эти два маленьких мальчика – тоже. И в школу они не могут ходить. Нет здесь школы. Я хоть начальное образование получил, а они так и останутся неучами.
По ночам вокруг пещер кружат дикие звери, ядовитые змеи заползают погреться. В Утути много камней, но нет ни одного источника воды. Вдоволь напиться можно только в дождливый сезон, благо в Кении каждый год их целых два – большой и малый. Когда ливни прекращаются, за водой приходится идти в «тот мир». О мытье никто не помышляет.
Совсем без контактов с «тем миром» нельзя. Требуются соль и спички, а их можно только купить. Единственный способ заработать деньги – продать древесный уголь, который для приготовления пищи используют большинство кенийских хозяек, у которых нет электричества или газа.
Производством «экспортного товара республики» занимаются мужчины. Мешок угля идет по сто шиллингов, чуть больше доллара. Деньги для пещерных людей солидные, но для каждого мешка надо срубить и сжечь немало деревьев. Их становится все меньше, в ход идут молодые деревца, кусты, но уголь из них получается слишком мелкий, и платят за него не так щедро. Что будет, когда древесина кончится, обитатели Утути стараются не думать. Авось на их век хватит.
Торговля всегда идет в одном и том же месте, известном всей округе как Врата. Действительно, две каменные глыбы, вздымающиеся выше других, создают впечатление входа в неизвестный, таинственный мир. Возможно, пугающая символика, хорошо понятная кенийцам, которые с детства прилежно изучают Священное писание, служит дополнительным психологическим препятствием на пути к Утути. Во всяком случае, редко кто, помимо жителей республики, отваживается переступить природные Врата.
Да и сами они делают это неохотно, а некоторые не покидают каменных пределов никогда. Регулярно, как Айзек, курсируют между двумя мирами несколько человек. Большинство боится лишиться защиты привычной, обжитой пещеры. Когда же внешний мир вторгается в Утути, на сцену выходит глава республики.
– Его зовут Чесерем, – сообщил Питер. – Он пользуется авторитетом и имеет власть говорить от лица всех нас. Но нам он ничего не приказывает и делать ничего не заставляет. Мы свободные люди. У нас нет начальника.
