Много полезного дал сорняк и людям. Побережье Виктории – один из самых густонаселенных районов мира, где на одном квадратном километре живут больше тысячи человек. В таких условиях гиацинт пришелся кстати. Его можно превращать в биогаз, а затем вырабатывать электричество и готовить еду, можно перерабатывать в удобрения или в корм для животных. Высушенные стебли используют как хворост, делают из них стильную мебель, напоминающую ротанговую. Гиацинт подходит для производства бумаги и тканей, им набивают подушки и матрасы, он идет на изготовление абажуров, держателей лазерных дисков, сумок, корзинок, ковриков… Одним словом, проще перечислить то, что изобретательные африканские умельцы еще не научились из него мастерить.
Область полезного применения сорняка постоянно расширяется. По мере узнавания и освоения все новых возможностей, отношение к растению, поначалу сугубо отрицательное и враждебное, начинает меняться.
– Надеюсь, недалек тот день, когда мы будем регулировать площади и места расположения плантаций водного гиацинта в зависимости от наших в нем надобностей, – мечтательно произнес Джозеф Оджиамбо, когда мы прощались.
Но, как трезвый реалист, тут же спохватился.
– Это, конечно, дело будущего, – смущенно улыбнулся он. – Для начала было бы… неплохо наладить очистку канализации.
Чтобы полюбоваться на диких животных, не обязательно вытряхивать из себя внутренности на ухабах, преодолевая множество километров по бездорожью до Масаи-Мара или Серенгети. В Найроби достаточно добраться до окраины города, потому что дальше начинается довольно крупный национальный парк площадью в сотню квадратных километров. Там можно встретить почти все, чем богата местная земля: антилоп, жирафов, гепардов, страусов и даже носорогов. Из крупной живности, популярной у туристов, в Найробийском парке не водятся только слоны.
Можно вообще никуда не ездить, а наблюдать за дикой природой не выходя из спальни. В крошечном садике, примыкавшем к нашему дому, жили и пели диковинные длиннохвостые птицы, а по вечерам деловито карабкался на крышу мангуст. Юркнув на чердак, он приступал к активному ужину, то есть охотился на крыс, которых не удавалось извести ни одним знакомым человеку способом. В комнате было прекрасно слышно, как по потолку топают насмерть перепуганные хвостатые соседи. Но как бы остервенело ни спасали крысы свои шкурки, сноровистому мангусту всякий раз удавались его гастрономические моционы. С крыши он спускался неторопливо, вальяжно, с чувством глубокого удовлетворения.
В Африке северянина поражают даже обыкновенные тараканы. Впрочем, определение неверно. Дело в том, что на африканских просторах эти насекомые становятся необыкновенными. По размерам они могут составить конкуренцию самым крупным кузнечикам, а уж если расправят крылья, то превзойдут колибри. В сухой сезон тараканища живут в норках, за что получили название земляных, а стоит зарядить дождям, покидают свои затопленные убежища и переползают под крышу, к людям.
При виде страшилищ неподготовленного туриста может хватить удар. До сих пор в ушах стоит жуткий вопль московского гостя, который в первый же день пребывания в Анголе напоролся на таракана. Войдя в ванную комнату, он включил свет и вспугнул сидевшее на стене здоровенное насекомое, которое в панике спланировало ему на грудь.
– Что это? Как же это? Да что ж это такое? – причитал ошеломленный москвич после того, как прибежавшие на шум хозяева умертвили таракана спреем от насекомых.
Приезжий, переживший сильнейшее в своей жизни потрясение, то и дело бросал недоверчивые взгляды на застывший трупик, как будто тот мог ожить и вновь на него наброситься. Утешать беднягу пришлось целый вечер.
Знакомые из одного провинциального русского города испытали не меньший психологический удар, когда полгода спустя после возвращения на родину увидели таракана-гиганта, выползавшего из кладовой. Оказалось, что «африканец» спрятался в одной из коробок, которую по приезде долго не распечатывали. Чем он питался все эти месяцы, неизвестно: ни крошки съестного в коробке не было. Но тараканы не зря считаются одними из древнейших существ на Земле, ровесниками динозавров. Они выживают в немыслимых условиях и могут есть все. У меня, например, обглодали обложку книги, у приятеля – этикетки банок. В обоих случаях их, по-видимому, прельстил клей. Уничтожив непрошеного африканского визитера, хозяева квартиры выбросили его в окно. Через несколько минут во дворе дома собралась толпа. Жители российской глубинки с любопытством разглядывали диковинное коричневое существо с длинными усами и широкими крыльями и обменивались недоуменными репликами.
