— Стоп! — Драко угрожающе сверлит его взглядом. — Надеюсь, ты отвечаешь им, что это неправда? Что эта колдография монтаж…
Забини нервно кривится:
— Ты серьёзно? Вы что, расстались?
— Мы пока на паузе… — Драко бросает взгляд на кудрявую шевелюру и в животе у него что-то противно скручивается.
— Ты идиот? — мулат ошарашенно чешет затылок.
— Да в чём твоя проблема? — не выдерживает Драко и повышает голос.
Гермиона оглядывается, отрываясь от старинной потрепанной книги, лежащей перед ней на столе. Она мгновенно краснеет, когда ловит взгляды парней — тяжёлый пронзительный Малфоя и вопросительный Забини, и поскорее отворачивается.
— Проблема в тебе, Малфой! Она же… Вы ведь… Что такого она могла натворить, что ты всё портишь? — шепчет Блейз, чтобы больше не привлекать внимание Гермионы.
— Ты сам говорил, что у нас ничего не выйдет… — Драко деловито утыкается в свою книгу лишь бы не видеть каштановые кудри, мягкость которых он чувствовал совсем недавно, пропуская их сквозь пальцы.
— Я так не говорил! — хмурится тот. — Я помню каждое своё слово. Я думал, что вы не подходите, но… На самом деле, вы двое созданы друг для друга.
— О, заткнись! Твои романтические бредни действуют мне на нервы.
— Ты мне действуешь на нервы! И ты должен рассказать, что у вас случилось!
— Я больше не пью, а значит, ты ничего не узнаешь.
— О, Всемогущий Мерлин, спорим, не пройдёт и недели, как ты мне всё выложишь!
— Да пошёл ты…
— Сам катись!
— Дорогой мистер Забини, по которому мистер Малфой, как я вижу, ужасно скучал, урок уже давно начался! Вам действительно пора катиться на выход, вы же не выбрали мой предмет для экзаменов! — возмущается профессор Бабблинг.
Пэнси не отстаёт от Блейза в доставучести. Ловит Драко в библиотеке на следующий день. У него с утра свободное от занятий «окно» и он хочет посидеть в тишине с учебным планом и парой специализированных книг по педагогике.
— Ты сдурел? — новый номер «Ежедневного пророка» с размахом впечатывается в раскрытую книгу.
— Как ты узнала, что я здесь? — чёрт, он так хотел в одиночестве доделать это скучное дело — написание планов раздражало его.
— У Ронни есть… А, какая тебе разница? Ты что творишь? — она указывает пальцем на статью под фотографией нового министра магии, но Драко реагирует безразличным пожатием плеч.
Паркинсон фыркает и зачитывает громким противным голосом:
«Приносим глубочайшие извинения мисс Грейнджер за ложные высказывания нашего корреспондента. Она никогда не имела ничего общего с Пожирателями Смерти, тем более бывшими. На колдографии была запечатлена девушка похожая на Гермиону Грейнджер, Героиню войны и… Бла-бла-бла!»
Она снова нервно шмякает газетой об стол и повторяет:
— Что ты творишь?!
— О чём ты? — Малфой делает вид, что не понимает, хотя на самом деле это он вчера написал гневное письмо в редакцию «Пророка» и обещал подать на них в суд за клевету и судиться с ними, пока они не разорятся. А потом выкупить их и превратить в газету «Купи-продай».
— Всё ты понимаешь! — беснуется Пэнси. — Малфой, что ты делаешь? Это был хороший повод объявить людям о ваших отношениях, чтобы они свыклись и не лезли к вам!
— Паркинсон, ты не лезь не в свое дело! — Как же его бесит желание всех вокруг совать нос в его жизнь.
— Как это не в своё? — шипит та возмущённо.
— Тише, уймись! — он хмурится.
— Как это не в своё? — та, как обычно, не понимает с первого раза. — Я вас свела!
— Ой, да ради Мерлина! Давай ты не будешь устраивать концерты, Святой Валентин в юбке! — он начинает заводиться, и злость искажает его лицо.
— Знаешь, я конечно не такая уж близкая подруга Грейнджер, иногда она меня конкретно бесит! Но сейчас! Сейчас вы оба меня бесите! Что бы там ни случилось, иди и помирись с ней!
— Это наше дело! Если ты не отстанешь…
— Я знаю, какой ты бываешь обидчивый и гордый! Но, дьявол тебя укуси, она первая из тех, кто протянул тебе руку помощи! Может быть, ты это забыл, мерзавец? Даже я вела себя по-скотски! Она любит тебя! И ты тоже её любишь! Засунь свой характер…
Она во многом права и это ещё сильнее раздражает Драко, словно его решение ничего не значит.
— Чёрт побери! — рычит он так, что полки с книгами вибрируют, угрожая скинуть старинные талмуды на пол. — Отвали от меня, Паркинсон!
Он грохает об стол кулаками, и разряды неконтролируемой яростной магии шумно отталкивают надоедливую девчонку к столу напротив.
— Придурок! — обиженно всхлипывает слизеринка и, показав ему средний палец, гордо следует к выходу.
Она прихрамывает.
Кажется, позже ему придётся общаться ещё и с Уизли. Просто отлично.
— Мистер Малфой, в библиотеке нельзя ломать мебель!
— Знаю, мадам Пинс! Ничего не сломано, это случайность! — кричит он в ответ.
— И повышать голос тоже!
Обманутая ведьма проявляется на стуле напротив и тихо заунывно стонет:
— Мистер Малфой, вам придется извиниться перед той девушкой или я сообщу о вашем поведении директору.
В ответ Драко тихо рычит.
