Малфой усмехается, бросая взгляды по сторонам:
— Шах и мат, и король повержен…
— И королева вместе с ним… — добавляет Гермиона и заглядывает в большие серые глаза, направленные на неё. — Ты все ещё хочешь остаться хорошими знакомыми?
Он медленно выдыхает. И остраняется. Ей становится до мурашек холодно и одиноко без его тепла.
Драко склоняется к её платью, лежащему на полу белой массой и вдруг поднимает взгляд на неё снизу вверх. Гермиона замечает, как загораются его глаза, как жадно и немного изумленно он разглядывает её… Хмурится… И это напоминает ей тот самый вечер. Она краснеет и поскорее прикрывает грудь рукой, когда он медленно выпрямляется, гуляя взглядом по её телу.
Драко молча помогает ей натянуть платье, гладит обнаженую кожу спины кончиками пальцев.
— Грейнджер… Я… — произносит он неуверенно.
— Малфой? Что-то не так? — Гермиона дёргается, чтобы взглянуть на него и не даёт застегнуть замочек.
Она чувствует, как напряжение между ними вырастает высокой каменной стеной. Драко отворачивается, но она ловит странное выражение на его лице. Сожаление? Он жалеет о том, что произошло между ними?
Гермиона почти слышит, как он думает. Как шевелятся в его голове мысли. Она закрывает глаза. В её душе начинает зарождаться возмущение, десятки вопросов так и просятся слететь с языка.
Мерлин!
Да что происходит?!
Что творится в этой светловолосой голове?
Она мысленно ругает себя, что так и не освоила легилименцию.
Драко отходит, чтобы очиститься, застегивает штаны и пуговицы на рубашке, а она нервно пытается закрыть замочек на спинке платья, но не может достать. Её выводит эта тупая застежка. Кто придумал такое неудобное крепление на бальное платье?!
Дурацкое платье!
— Чёрт! Чёрт!
Тёплая рука ложится на её спину.
— Давай помогу…
— Я сама справлюсь! — она стряхивает ладонь, которая совсем недавно ласкала её.
— Грейнджер… — Он всё-таки застегивает злосчастный замочек и отступает назад.
А она расстроенно восклицает:
— Драко! Ответь мне, что происходит?
Драко зажимает губы и опускает взгляд в пол, словно на нём Непреложный обет, и он даже под пытками ничего ей не расскажет.
— Почему ты такой?.. Поговори со мной! — просит Гермиона.
Он злится. Кусает щеку изнутри и наконец произносит:
— Грейнджер, то, что произошло… Я… Не хотел… Нет, я хотел! Я не буду врать, да, я очень этого хотел с тобой! Но это больше не должно повториться…
Гермиона подходит к нему ближе, чтобы понять, что он не сошёл с ума, что Драко думает, что говорит, а он скрещивает руки на груди. Отгораживается. Смотрит в стену. Желваки играют на его скулах.
Далёкий и холодный.
Невероятно! За что он так с ней?!
— Малфой! — она неверяще качает головой, дурацкие слезы жгут глаза.— Объясни мне… Почему? Что не так? Почему ты не даёшь нам шанс? Я хочу знать причину!
— Я знаю, чего ты ждёшь! — вдруг нервно кидает Драко.
— И что же я по-твоему жду? — хмурится она и тоже скрещивает руки.
— Ты ждёшь, что я проявлю инициативу, предложу тебе быть вместе! Что мы будем встречаться, как нормальные люди! Но… Нет, этого не будет! Ничего не получится!
— Конечно не получится, всё ясно! — она зло смеётся, хотя ей совершенно не смешно. — Дело во мне! Так? И ты не знаешь, как об этом сказать! Я же для тебя все та же грязнокровка, а ты…
— Чёрт побери! Да как ты не понимаешь? Дело во мне! — он взрывается и нависает над ней, Гермиона от неожиданности садится на парту. — Ты совсем забыла?! Кто я такой?! Кто я? Грейнджер, ты забыла?!
Гермиона затихает и сглатывает комок, она понимает о чём он. Драко отворачивается и, как приговор, твёрдо и холодно чеканит:
— Я навсегда останусь для всех бывшим Пожирателем Смерти! Преступником. Тем самым придурком, который… Да ты всё сама знаешь! Всё, что я творил осознанно или нет, это останется в истории и в памяти людей… И я не достоин тебя, поняла! И не смей… — Он видит, что Гермиона уже открыла рот, чтобы возразить. — Не смей меня переубеждать! Ты лучшее, что произошло в моей жизни! Ты почему-то простила меня, хотя я все детство был жесток по отношению к тебе… Вёл себя как тупой ублюдок…
— Драко…
— Подожди, Гермиона! Выслушай! Ты помогла мне. Эта подработка… Я знаю, всех их… — Он указывает наверх. — Их моя кандидатура вряд ли устраивала. Это всё ты.
— Нет, Драко! — восклицает она возмущённо.
— Подожди… Грейнджер, я хочу наконец объяснить! Ты! Ты достойна большего! Я не то, что тебе нужно! Зачем тебе возиться со мной, помогать мне? Слушать презрительные крики всяких уродов в твой адрес, получать из-за меня, или ещё что похуже? Я желаю тебе только счастья, никаких больше войн в твоей жизни, поняла, Грейнджер? Ты заслужила мира. А я сам разберусь со своими проблемами… Один.
Гермиона закусывает губу. Они смотрят друг на друга долгим взглядом. Он не шутит. Он на самом деле серьёзно настроен не быть вместе с ней…
— Один? Драко, но как же…
— Нет, Грейнджер… Никаких «но». — твёрдо произносит он.
Первая предательская слезинка горячим следом жжет её щеку. Гермиона горько вздыхает…
Вот в чём дело…
Он хочет поступить правильно…
Боже, какой же он дурак! И не только!
