– Вряд ли вы можете понять. Приходилось постоянно ходить как по лезвию бритвы. Я не хотела подавлять их природные инстинкты, и тем не менее меня не покидало чувство, что я должна дать им некую прочную базу, чтобы они смогли жить самостоятельной жизнью. Кэролайн всегда была очень ранимой. Поэтому я пыталась отговорить ее поступать в театральную школу, а потом и работать на сцене. Я боялась, что эта среда скоро разочарует ее, принесет ей одни страдания, и она сорвется. А потом, когда мои опасения оправдались, я так обрадовалась их сближению с Хью… Она очень к нему привязалась, и я подумала, что Хью станет о ней заботиться и она больше никогда в жизни не будет страдать. Да, конечно, я все-таки немного… манипулировала, но даю вам слово, что действовала из лучших побуждений.
– Вы передали Хью то, что я сказал вам вчера по телефону?
– Да. Я сразу же поехала к нему домой, потому что у меня не хватило духу сообщать такие вещи по телефону.
– И как он это воспринял?
– Трудно сказать, Хью такой человек, что по нему ничего не видно. Но, как ни странно, мне кажется, он ожидал чего-нибудь подобного. Нет, конечно, вслух он этого не говорил. Хью – человек вполне самодостаточный и очень воспитанный. Тот факт, что Кэролайн попала в больницу, несколько смягчает для него эту неприятность, то есть необходимость отложить свадьбу, а тем временем формальный срок помолвки закончится, и все быстро свыкнутся с мыслью, что свадьба вообще не состоится.
– Надеюсь.
– А вернувшись от Хью, – снова заговорила Дайана, но уже совсем другим тоном, – я заскочила к этому старому глупому козлу Калебу. Каким же надо быть безответственным остолопом, чтобы вот так взять и отдать этим детям свою машину! Это просто чудо, что она дотянула до Бедфордшира и по дороге не развалилась. А главное, ни слова мне не сказал, паршивец. Ей-богу, я чуть его не придушила.
– Он тоже действовал из лучших побуждений.
– Мог бы сначала отдать машину в ремонт.
– Похоже, он очень любит Джоди и Кэролайн.
– Да, он всегда их всех любил. И их отца, и Джоди, и Кэролайн, и Энгуса. Вы знаете, я ведь хотела, чтобы Энгус жил с нами, тем более когда умер его отец, но ему не нравился мой образ жизни, не нравилось то, что я могла ему предложить. Энгусу было девятнадцать лет, и мне не удалось помешать ему осуществить безумную затею с Индией. Я надеялась, что в конце концов он остепенится, выбросит эти глупости из головы, вернется к нам и начнет нормальную жизнь. Но похоже, он так и не остепенился. Остался таким же, как был, шалопаем. Думаю, Кэролайн вам все рассказала.
– Он сам все мне рассказал, – признался Оливер. – Вчера вечером. Мы с ним проговорили до самого утра. Я объяснил ему, чего от него хотел Джоди: чтобы он вернулся в Лондон и жил с ним вместе. А Энгус рассказал мне, что собирается делать дальше. Ему предложили работу в фирме, которая занимается прокатом яхт в Средиземном море. Так что он возвращается обратно на Афрос.
– Джоди об этом знает?
– Пока я ему не говорил. Хотел сначала обсудить это с вами.
– Да что тут обсуждать?
– А вот что, – сказал Оливер и поделился с ней своими планами, и внезапно все кусочки пазла идеально подошли друг к другу, словно кто-то заранее все подготовил и устроил. – Понимаете, я собираюсь жениться на Кэролайн. Как только она выздоровеет, я женюсь на ней. Я работаю в Лондоне, у меня там есть квартира, где мы будем жить. А если вы с мужем не против, мы заберем Джоди к себе. Там вполне хватит места на троих.
Дайана не сразу сумела переварить услышанное:
– То есть он не поедет с нами в Канаду?
– Ему нравится его школа, ему нравится жить в Лондоне, он не хочет расставаться с сестрой. Словом, в Канаду он ехать не желает.
– Странно, что я сама не догадалась, – покачала головой Дайана.
– Возможно, потому, что он не хотел, чтобы вы знали об этом. Не хотел вас обидеть.
– Я… я буду очень скучать по нему.
– Но вы ведь позволите ему остаться?
– Вы действительно этого хотите?
– Мне кажется, все мы этого хотим.
– Хью не захотел, – усмехнулась Дайана. – Оказался не готов принять к себе Джоди.
– А я готов, – сказал Оливер. – Если, конечно, вы не против. У меня был только один брат, и мне его очень не хватает. И если у меня должен появиться еще один, я бы хотел, чтобы им был Джоди.
Они подъехали по аллее к дому и увидели, что Энгус и Джоди терпеливо поджидают их, сидя на ступеньках перед парадной дверью, словно члены комитета по торжественной встрече в составе двух человек. Дайана выскочила из машины чуть ли не на ходу и, забыв о всяком достоинстве, подбежала к ним, склонилась к радостно улыбающемуся Джоди, схватила его в охапку, а потом, подняв глаза над его рыжей головой, взглянула на Энгуса. Тот смотрел на нее настороженно, но без ожесточения. Во взглядах на жизнь они никогда не сходились, но теперь Энгус уже совсем вырос, и, чем бы он ни занимался, ее это больше не касалось, и Дайана была ему за это очень благодарна.
Она улыбнулась, подошла к нему и тут же попала в медвежьи объятия его сильных рук.
– Ох, Энгус, – сказала она, – ты невыносим. Как я рада снова тебя видеть!
