— Что же ты не ешь сахарные пряники, внученька? Помнится мне, они так нравятся тебе.
— Да я уж ими наелась, дедушка, — отвечала Снегурочка. — Очень мне нравятся плоды лесные, хотела бы я как-нибудь и за грибами сходить.
Не стал больше ни о чем спрашивать Дед Мороз, только сощурил глаза и стал бороду поглаживать. А белки знали, что значат эти движения их хозяина, и поняли, что лучше им поторопиться спрятаться в дупла да под скамеечки, будет Дед Мороз искать того, кто встал на его пути и помешал планам его.
Но позвал Дед Мороз одну белку, Патрикеевну и одну девицу-снежинку, с которой более всего время проводила внучка его и сказал им:
— Узнала Снегурочка про снежные комочки. Глаз с нее не спускайте, кто-то в нашем царстве голову ее светлую забивает ненужным, кто узнает кто таков, награжу того.
Со всем усердием кинулись все исполнять поручение Деда Мороза, всем хотелось подарок от него получить. Потому что редко Дед Мороз дарил подарки, все вьюгой, снегом, да холодом одаривал, потому что не было у него теплого сердца, человеческого.
9
Стали ходить со Снегурочкой там и сям то белка-хохотушка, то Лиса Патрикеевна, то девица-снежинка, искусствам снежным обучала ее. И все они пытались выведать от нее, есть ли у нее тут друзья. Но Снегурочка, как и прежде была умненькой, держала язык за зубами, всех называла друзьями, про Ледяного Ивана словом даже не обмолвилась. Так прошло еще несколько дней, и была она снова одна, плела снежное кружево, сидя в беседке. Начал падать тихий снежок, села ледяная птичка на жердочку и запела красивую песню, что удары по льдинкам, что журчание горной воды. Заслушалась Снегурочка и услышала как ее кличут:
— Снегурочка! Снегурочка!
Глядь туда — нет никого. Глядь сюда — никого.
— Где же ты? Выйди, али боишься?
Вышел из-за ели Ледяной Иван и ответил:
— Надсмотрщиков твоих боюсь. Доложат они Морозу обо мне.
— Посмотри вокруг — никого нет здесь.
Зашел в беседку Ледяной Иван и сказал:
— Говорил прежде, говорю снова: не должна ты тут оставаться. Хочет Мороз, чтобы ты забыла о том мире людском, чтобы не видела никогда людей, только зверей лесных.
— Мне даже нравится здесь. — сказала Снегурочка. — А кто такие люди?
— Родители твои, батюшка, матушка. Я тоже был раньше человеком. А теперь видишь, кем стал. Раньше меня просто Иваном кликали. Ласково матушка Иванушкой называла.
— Иванушка… — задумчиво протянула Снегурочка.
— Так у тебя ласково выходит, как меня матушка звала. — сказал Ледяной Иван, и Снегурочка не нашлась что ответить. Могла бы она смутиться, как красная девица, только не была она человеком. Чужды ее холодному сердцу были чувства людские.
— Что же случилось? — спросила она.
— Пошел я как-то в лес за дровами. Была стужа сильная, снег валил. А я все рубил деревья вязал да складал. Не заметил как ночь наступила, а потом стало что-то зябко совсем, и голоден я был. Да только не я один. Вышли из чащи голодные волки, завыли, показались. Бросил я дрова, сани, побежал, что есть духу. Догоняли меня волки. Думал, спасения мне уже нет. Но вьюга сильная поднялась, смог я убежать. А потом потерялся в чаще и сыпал снег, и начал я замерзать. Появился передо мной Мороз, сказал:
— Помираешь ты, молодец.
А я и не мог ничего ответить.
— Пойдешь ко мне на службу, смогу спасти тебя от смерти лютой. — сказал он.
Не знал я, на что соглашался, глаза закрылись, губами синими сказал что согласен, а потом закружила меня вьюга, передо мной дворец, звери лесные бродят, Мороз стоит. Я жив. Только сердце моё покрылось ледяной коркой, волосы и ресницы инеем, перестал я холод чувствовать. Дал мне посох Мороз, стал я снежок сыпать, льдом речки покрывать, узоры на окнах рисовать. Сколько лет прошло — не знаю, до сих пор я здесь.
— А что же твоя матушка?
— Умерла, видать. Здесь ведь время стоит, а в мире людском идет своим чередом. Здесь часами летят дни, днями месяцы, месяцами — года.
— Правду ли ты говоришь?
— Не стал бы я врать тебе.
— Это же сколько я здесь уже?
— Не могу сказать точно, но думается мне, уже несколько месяцев…
— А то, что у меня батюшка с матушкой остались там, за снежным царством — это тоже правда?
— Правда. Видел я недавно твоего батюшку. Искал он тебя. Как бы и он не замерз, или звери лесные на него не напали.
— Отчего ты все это мне рассказал, и почему дедушка от меня все это скрыл?
— Полюбил он тебя. Внучкой зовет. Хотел, чтобы ты осталась.
Вздохнула Снегурочка, оставила плести кружево, поднялась с места.
— Не могу я так, если кто-то из-за меня пропадет так же как ты, Иванушка.
— Ты говоришь совсем как человек.
— А ты сможешь снова стать человеком? — спросила Снегурочка у Ивана.
— Не знаю. Но тебе надо бежать.
Увидел вдруг ледяной Иван, как сверкнул на дереве рыжий пушистый хвостик, нахмурился и сказал Снегурочке:
— Сейчас надо бежать. Видел я твою белку-хохотушку. Слышала она, о чем мы с тобой тут вели разговор. Расскажет Морозу, — никогда не убежишь. И я тебе помочь не смогу.
— Скажи, Иванушка, почему ты мне помогаешь?
